— Нет! — довольно громко вырвалось у неё вслух, и девушка с отвалившейся челюстью и выпавшими из орбит глазами, еле дыша, спряталась за половинкой дверей и даже прикрыла её за собой. — «Нет. Это сюр какой-то. — Она украдкой выглянула из-за двери. Тэсс улыбалась красавцу, а тот снисходительно любовался ею с высоты своего роста, мочал и даже не пытался взглянуть на неё, на Сибилл, словно за эти считанные секунды напрочь забыл о её существовании. — Вот урод! И эта сучка тоже хороша! Молчала! — Девушка второй раз за пять минут пожалела, что не курит. — Хотя, стоп. Может, они случайные знакомые? А вдруг он ей составил компанию и всё?» — хваталась за соломинку мисс Дадда.
И, в общем и целом, она не далеко ушла в своей правоте от истинного положения вещей.
Андрей не очень-то и жаждал попасть «на это сборище». Ему и своих, таких же, хватало по горло, вплоть до полного неприятия и отторжения. Но ради Констанции! Они договорились, что сегодня приглашает и руководит она — он на всё соглашается — и за ней закрепляется должок. Мистер Дексен, будучи обременённым вполне реальным представлением о том, сколько посещений всяких разных тусовок в год выпадает ему в качестве «бонуса» к профессиональной деятельности, на девушку имел весьма конкретные планы. После развода с Моникой он отказывался от выходов в свет, выжидая, пока весь этот шум вокруг смены его социального статуса утихнет, и ему придётся отвечать на вопросы о личной жизни только лишь каждые десять минут, а не две. Но столь же трезво понимал, что скоро кредит доверия его тусовки иссякнет, и им с мисс Полл придётся наверстывать упущенное. Предстать, как говорится, во всей своей красе пред ясные очи элиты местного бизнес сообщества.
— Я сначала не хотела выходить, думала, мы потеряемся, а потом решила, что позвоню, — говорила в это время Тэсс с радостной улыбкой. — Сейчас будут танцы в бальной зале, но она очень маленькая, поэтому давай пойдём туда чуть позже, когда уже народ натанцуется. — Они стояли в фойе возле какой-то не очень понятной скульптуры причудливо изогнувшейся женщины, но, судя по тому, где она была установлена, её фигура должна была олицетворять идею о том, как хорошо быть образованным.
Подходил к концу ещё один месяц их совместного проживания. Констанция уже знала квартиру Андрея лучше него самого и постепенно перестала удивляться вопросам: что и где у них лежит. Так же, с улыбкой начала замечать, что мистер Дексен всё больше и больше «прогуливает» кухню, предоставив это «место медитаций и аутотренинга» в её властвование безраздельно, а ей всё больше и больше нравится кормить своего мужчину. Сам же Андрей, появляясь у плиты, перевоплощение не очень съедобного в очень вкусное трансформировал в красочный спектакль или даже показательный мастер-класс, заявляя, что работает не на результат, а на процесс.
— Здесь путь важнее цели, Льдинка. Такие дела. — Кивал он головой, вручную замешивая фарш для лазаньи с курицей. А Льдинка в это время ныла и канючила, что хочет кушать, и воровала со стола маринованные грибы. Это был один из лучших их совместных вечеров.
Произошло и ещё кое-что.
Однажды, ещё до нового года, Тэсс увидела, как мистер Дексен боксирует с грушей в спортзале и объявила, что ноги её больше не будет в этом аду, поскольку её тонкая душевная организация просто не перенесёт ещё одного такого душераздирающего зрелища и сурового испытания. Столь брутальное занятие явно не для представителей самой мирной профессии.
Подпрыгивая и гарцуя вокруг огромного цилиндра, обтянутого кожей, мистер Дексен весь в мыле вид имел весьма дикий, очень далёкий не то что от домашнего, но и вообще от цивилизованного. Взгляд исподлобья, глаза безумные, лицо перекошенное, будто у него собираются отобрать его трость. Пол возле снаряда услали чем-то наподобие полипропилена, но прыжки всё равно слышались, словно топот табуна диких мустангов в прерии, да и дыхание напоминало храп лошадей на морозе. Но самое чудовищное — это удары. Не все, конечно, но иногда Тэсс казалось, что занося руку и ударяя по груше, Андрей протаранит снаряд насквозь, а потом и стену дома и от этого рухнет весь небоскрёб.
«Господи, — зажмурилась девушка и почти на ощупь выбиралась из этого адового ада. — Такую бы энергию да в мирных целях». — Ей сделалось страшно: на что способна сила почти семифутового мужчины.
— Ну, ты и монстр, — встретила она тогда Андрея из душа после тренировки, за что была наказана (или вознаграждена) пятиминутным бегом по квартире с визгом и хохотом от сильных цепких рук и грозного рычания своего боксёра.