— Нет. Моя тётя, риэлтор, позволила побывать здесь без агентов.
В принципе, внешне дом смотрелся вполне традиционно для швейцарского шале, да и внутри планировка приятно удивляла продуманностью и рациональностью. Не оказалось помпезного и бесполезного двухэтажного холла, а также лестница не являлась ни украшением, ни предметом интерьера и была запрятана в угол. Кстати, дом оказался пуст, абсолютно.
— Пока неплохо, — открыла огромные красивые четырёхстворчатые двери Моника и провела свою собеседницу в большую гостиную.
Звук шагов гулко раздавался в пустой комнате и ударялся о стены.
Перед входом Тэсс мельком глянула вправо и влево, куда вели почти одинаковые короткие коридоры. Она очень хотела спросить, сколько стоит такой дом, но постеснялась своей реакции на ту цифру, которую, возможно, назовёт мисс Бостон.
Моника посмотрела на девушку.
— Так вот, — она вздохнула и соединила руки с ключом перед собой, — я хотела с тобой поговорить.
Констанция молчала.
— Как прошло твоё знакомство с Дарреном? — начала с вопроса женщина.
Девушка застыла. Удивление всё более явственно начало проступать на её симпатичном личике.
— Даррен? — медленно произнесла она, и столь же неспешно, даже как будто заторможено, её бровки сдвинулись к переносице.
— Да, Даррен, — обречённо кивнула Моника.
У Тэсс мысли полетели по извилинам, как гоночные болиды по трассе. Она моментально вспомнила трость, завещание сенатора фон Дорффа и всё, что к этому прилагалось.
— Я видела трость, — выпалила она прежде, чем поняла, что сделала.
Моника умильно улыбнулась и направилась к окну.
— Браво, Андрей! — хлопнула она один раз в ладоши и остановилась, посмотрела на задний двор дома; женщина заглянула направо, налево, изучая территорию.
— Да, — развернулась она к Тэсс. — Логическая цепочка верная. И что интересно — быстрая. Всё началось почти сразу же, как мы с Андреем поженились. — Моника остановилась и опёрлась задом о подоконник. — Ты, наверное, думаешь, я была влюблена в него как кошка и выходила замуж по неземной любви, но это не так, — отрицательно покачала она головой. — Тогда у меня было лишь ощущение везения. Удачи. Большой, редкой, заслуженной долгим ожиданием и избирательностью в общении с мужчинами.
Мисс Бостон разговаривала спокойно, почти без эмоций — так люди рассказывают о событиях ужасных и для себя поворотных, но давно пережитых, которые уже перестрадали и отложили в закрома памяти.
— В Дексене, как в одной точке, сошлись многие из моих ожиданий. — Женщина положила ключи в карман своего белого мутонового полушубка и закуталась в него поплотней. — Это как ты мечтаешь о чём-нибудь, а оно потом сбывается на двести процентов. Я не любила Андрея, я восхищалась им.
Моника оторвалась от подоконника и двинулась к стене с камином из бутового белого грубого камня. Женщина внимательно осмотрела люстру, потом опустила взгляд на Тэсс и кратко улыбнулась. Мисс Полл молчала.
— Примерно с такими же чувствами я относилась к своему отцу, который тоже многого добился в жизни. Я пыталась не профукать удачу и ценить, что заполучила, старалась всё это сохранять и множить и… кажется, перестаралась. Давай пройдём в ту сторону, — показала она на выход из комнаты и коридор слева.
— Андрей уникальный. И в плохом, и в хорошем. Такие, как он, не встречаются на каждом шагу. — Моника поравнялась с девушкой на выходе; Тэсс шла молча и жадно ловила каждое слово. — Такие остаются контрольной вехой — с ними потом сравниваешь, по ним оцениваешь.
Мисс Бостон окинула взглядом кухню, открывшуюся перед ними из коридора.
— Кухня маловата, — провела женщина ладонью по мраморной поверхности стойки с мойкой и сушилкой по центру комнаты. — Не находишь?
Тэсс только тут спохватилась и огляделась. На её вкус места здесь было предостаточно.
— Не знаю, — пожала она плечами. — Мне кажется, нормальная.
— Для повседневности. Но если устраивать вечеринку… Хорошо, пойдём посмотрим то крыло, — показала рукой в противоположную сторону Моника.
— Так вот о Даррене. Сразу, как мы поженились, я почувствовала повышенное внимание к себе с его стороны. — Тут она с вопросом взглянула на Тэсс и сразу поняла, что таковое девушке незнакомо. — Он то и дело присматривался ко мне, приглядывался. Для меня здесь не было ничего странного, но потом в разговорах он начал всё сильнее сворачивать на тему нас с Андреем. Я поддерживала общение, старалась не говорить ничего конкретного, хоть иногда всё это надоедало — хотелось прямо спросить, что же ему от меня нужно. Но он очень скользкий и вёрткий человек, Тэсс. — Моника подняла указательный палец вверх в предостерегающем жесте. — И очень закрытый. Что творится у него в голове, я думаю, не знает ни его Фиона, ни дети. Возможно, это когда-то знал мистер фон Дорфф-старший.