— Сенатор Дорфф и его передал Андрею. — У Тэсс в голове и душе творилось такое, что она предпочла рассуждать вслух, чтобы звуками своего голоса хоть немного себя успокоить.
— Тут, видишь ли, такая небольшая ремарка, — замялась мисс Бостон и, видимо, из неудобства чопорно сложила губы в правильный плотный бантик. — Элтон любит мужчин. И он влюблён в Андрея, уже давно.
— О Господи, — побледнела и даже отшатнулась мисс Полл.
— Нет, не возмущайся, пожалуйста, — положила руку ей на плечо Моника. — И по поводу Элтона не переживай. Уизервилль — такой человек, которого язык не поворачивается назвать геем или гомосексуалистом. Он предпочитает, я настаиваю на этом глаголе, — в назидательном жесте подняла указательный палец вверх женщина, — он именно предпочитает мужчин. Он гурман, эстет и очень умный. Вот ты уже достаточно с ним общалась?
— Ну… да.
— И ты заметила от него какую-нибудь зацепку? Он как-то выдал себя?
— Д-да нет, в общем-то.
— Вот видишь. Этот мужчина умнее и тебя, и меня, и Андрея. Мудрее. Он — как тот шут при короле, который на самом деле прозорливее монарха. Он точно знает, на что может рассчитывать, поэтому беспрекословно убрался в Мэн.
— Так Андрей его туда специально переселил?
— Да. Элтон никогда не позволит себе лишнего — он выше этого, но Андрей всё равно перевёл его подальше.
— Я Уизервиллю не понравилась, — пожаловалась Тэсс.
— Разумеется, — усмехнулась Моника. — Как ты ему можешь нравиться, если Андрей, судя по всему, любит тебя. Элтона вполне устраивала я.
— Может, это Элтон уговорил сенатора всё оставить Андрею?
Женщина пожала плечами:
— Вряд ли такого как сенатор можно было в чём-либо уговорить.
— А почему тебе захотелось всё это рассказать мне?
Моника тут будто очнулась и вспомнила о доме. Она повела глазами по коридору второго этажа и указала рукой вправо.
— Пойдём там посмотрим.
Они двинулись вглубь комнат.
— Видишь ли, я не хочу разочаровать своего бывшего мужа. Просто не могу. Он не допустит твоего вмешательства в эти мужские игры, но если б я промолчала — упала бы в его глазах, а мне до сих пор важно сделать для него всё правильно, как лучше, — шла по коридору второго этажа Моника и попутно оглядывала расположение дверей. — Наверное, я уже никогда не смогу выйти из-под этой эмоциональной зависимости. Он… даже сейчас… — приложила она руку к горлу и слегка обняла себя за шею, — давит на меня, контролирует. Я равняюсь на него. Он — как начало отсчёта в системе координат. Не хочу путать это с понятием Бога или Абсолюта и даже не могу сказать, что люблю его, но всех своих мужчин я обречена сравнивать именно с ним. Даже своего отца, даже твоего дядюшку, которого, кажется, именно люблю. — Она смотрела перед собой слепыми глазами и явно боялась повернуть голову к собеседнице. — Он — как татуировка на душе, на обратной стороне кожи.
Набрав воздуха в грудь, как перед погружением, Констанция выдохнула:
— Ты жалеешь, что вы расстались?
Моника понимающе улыбнулась и спокойно отрицательно покачала головой.
— Андрей растворяет. Он в этом не виноват, — поспешно добавила она, — но он впитывает тебя, — сжала мисс Бостон кулаки. — Если с ним долго находиться рядом, он превращает тебя в быстрорастворимый кофе даже помимо своей воли. Он хорош за какой-то период, но с ним нужно вовремя расстаться, чтобы сохранить себя.
— Но ты не спешишь забыть его или проклинать.
— Нет, не спешу. Более того, он отпустил меня в свободное плаванье, но мне очень важно периодически получать его одобрение и похвалу, даже просто прочитать её в его глазах.
«Короче, я люблю его», — закончила за Монику Тэсс про себя, когда та замолчала. Для неё этот вывод казался очевидным.
Ей сделалось немного неловко. Она будто присутствовала при свидании своего мужчины с его бывшей женой, но понимала, что второй такой возможности выспросить и узнать у Моники всё у неё, скорее всего, не будет.
— Я только не пойму: он знал, что ты собираешься со мной поговорить, и не помешал этой встрече — значит, согласен с тем, чтобы ты меня предостерегла насчёт Даррена?
— Думаю, да, согласен. Даррен ведь обязательно проявит себя рано или поздно.
— Мог бы и сам со мной поговорить, — проворчала девушка.
— Не думаю, — покачала головой мисс Бостон. — Он не опустится до того, чтобы впутывать тебя с эти разборки, и всё возьмёт на себя.
Обе помолчали.
— Он только не может родить ребёнка, — усмехнулась Тэсс и поспешила перевести разговор чуть в сторону от болезненной темы.
— А что Берч?