«Нужно поговорить с Андреем», — повернула в скважине ключ зажигания.
До окончания первого года резидентуры оставалось чуть больше месяца.
Глава 35 Упрямство против настойчивости, или Вселенная мистера Дексена
Когда Констанция вошла в квартиру, её сразу же подхватили и закружили, словно в невесомости, сильные ароматные вихри с кухни. Девушка, как голодная собачонка, пошла по шлейфу запаха.
— Да при чём здесь я, если мы сдавали его на комиссию? — услышала она ещё в гостиной. — Они дали заключение, что основной вал свой ресурс не выработал.
Тэсс зашла на кухню и увидела Андрея, стоявшего у окна с телефоном у уха. У его ног сидела и умывалась лапой Заноза.
«Сырым мясом кормил, — на автомате подумала девушка. — Вымазалась».
— Вот тогда, значит, амортизаторы и поменяем.
Мужчина замолчал. Услышав в тишине чьё-то присутствие, он обернулся.
— Короче, возьми техника, или кто там он у вас, пусть скажет, нужны фирменные или можно аналоговые какие-нибудь, и позвони мне. — Андрей говорил и смотрел Тэсс прямо в глаза. — Завтра! — неожиданно гаркнул он в телефон. — Завтра же наберёшь меня. Всё.
Мужчина отнял аппарат от уха и нажал на экран.
— Ну, как тебе дом? — не дал ей поздороваться.
Мистер Дексен хотел было, как обычно, подойти к девушке и поцеловать в щёчку, но что-то в её взгляде его остановило.
Она смотрела исподлобья.
— Ты засранец.
Андрей вальяжно запрокинул голову и от души рассмеялся:
— Аха-ха! Раздевайся, мой руки. Сейчас будем гамбо кушать, — указал он широким жестом на стол, где уже стояли приборы.
Мисс Полл молча развернулась и направилась в противоположное крыло квартиры.
Минут через пять она появилась умытая, с чистыми ладошками и в домашнем трикотажном костюме с кошечкой Китти на кармане-муфте.
Девушка уселась напротив своего мужчины перед дымящейся вкусным паром порцией аппетитного густого супа, в котором различила бамию и перец.
Заноза запрыгнула на стул рядом с Андреем, умостилась на нём и, обмотав лапы своим роскошным хвостом, замерла в любопытстве. Кошка внимательно рассматривала предметы на столе. Разумеется, она была не голоднее сытого удава, но составить компанию и поучаствовать в церемонии — святое дело.
— Я тебя слушаю. — Девушка расправила плечи, вскинула подбородок и принялась величавыми, великосветскими движениями стелить на колени салфетку. — Давай, делай из меня дуру дальше.
Мужчина смотрел на свою Льдинку и не узнавал — перед ним сидела Моника № 2. «Ничего. Надолго её не хватит».
— Помилуйте, да как бы я осмелился дурачить таких больших, значительных людей? — округлил он свои глаза цвета океана. — Извольте сами мне назначить: что вам угодно из моих речей?
— Андрей!
— Увы и ах, годы идут, а я всё тот же шалапут, — улыбнулся он довольный.
Тэсс с укоризной, с огромной буквы «у», уставилась на мужчину.
— Как! Ты! Мог!
От такой театральной реплики его предательские плечи затряслись в немом смехе первыми. Потом расплылся в улыбке рот. Но Андрей сделал нечеловеческое усилие и над первым, и над вторым, и над собой и выговорил почти серьёзно:
— Что именно?
Констанция не обращала на это веселье ни малейшего внимания — привыкла.
— Ты сказал, что не хочешь детей! Вообще! Никогда!
Он захлопал ресницами.
— А знаешь, я и не врал-то толком. Думаю, если бы мне не подвернулась возможность… — тут мистер Дексен запнулся, поскольку заметил, что на столе не хватает его любимой деревянной перечницы-мельницы, и поднялся. — Если бы меня дед не упомянул в завещании, я бы, возможно, ещё долго не захотел детей.
Он подошёл к кухонной зоне, открыл дверцу одного из шкафов и достал свою любимую пряность.
— Так же, как и ты, — проговорил на обратном пути.
— Я? — не донесла первую ложку до рта девушка и застыла с отвисшей челюстью.
— Да. Ты. Если б я не спровоцировал тебя, откладывала бы всю жизнь. Находила причины, отговорки.
— Ы-ы, — покачала она головой с полным ртом супа.
Заноза сидела на стуле напротив, почти не шевелилась и индифферентным, «буддистским» взглядом смотрела не мигая хозяйке прямо в рот.
— Извини, но этого уже никто не знает, — развёл он руками, после чего подвинул к ней чашу с золотистым рассыпчатым гарниром. — Бери рис.
— Но я была честна с тобой! — взяла её Тэсс.
— Я тоже.
Тут девушка замерла с посудиной в руках и во взгляде сделала заглавную букву своей укоризны ещё крупнее. Для непонятливых.