В четверг ветер дал о себе знать ещё с ночи. Прямо как по расписанию — сразу же после полуночи. Ставни застучали, как бы разминая мышцы перед забегом, который начался с рассвета, засвистели сквозняки на чердаке, Матисс заскрёб лапой в дверь, напрашиваясь в гости в опочивальню к своей королеве. Ветер буквально зверел и как будто злился, что не смог застать людей врасплох, они успели всё прикрепить, и оно теперь ничего не отрывается. А ему бы так хотелось перевернуть, например, тот же мусорный бак и погнать полиэтиленовые пакеты к кромке леса, чтобы они как разноцветные игрушки на Новый год повисли на высоких соснах. Шквал он или нет!
Тэсс встала рано утром и выпустила погулять Матисса. Пёс, жмурясь от ветра, выбежал на газон, сделал своё дело под кустом черноплодной рябины, чуть обежал территорию и направился обратно в дом, пробежав мимо своей королевы, как мимо столба.
А девушка стояла и понимала, что о причёске для ресторана можно и не мечтать. Небо выглядело набухшим и многообещающим. Она могла бы сегодня съездить в «Чёрную овцу» к Хельге и попросить её сотворить что-нибудь эдакое на голове, чтобы усложнить МакТавишу задачу, но вряд ли она эту прическу «донесёт» даже до дома, не говоря уже о самом ресторане.
Пришлось ограничиться своими любимыми крупными бигуди — «ёжиками». Сама она почти ничего не ела, только лишь до отвала накормила Матисса и Занозу с дочерью. Норман обещал прислать машину к трём, но уже в два девушка была полностью одета, обута и со своей маленькой аккуратной плетёной из лозы сумкой-корзинкой. Примерно такую, только побольше и полную пирожков, мама когда-то вручила Красной Шапочке, чтобы та отнесла её бабушке, а Тэсс эту миниатюрную копию привёз из одной из своих командировок, кажется в Венгрию, дядюшка Сам. Эта поделка являлась нечто вроде сувенира, но племяннице она настолько понравилась, что та принялась таскать её с собой везде как дамскую сумочку. Ничего приблизительного она не видела ни у кого даже в Нью-Йорке.
Полностью одетая, Тэсс взяла в рот подушечку жвачки, уселась на диван и раскрыла свою книгу.
«Эль старательно выводила в тетрадке очертания Африки. Сегодня они на уроке географии начинали изучать этот материк. Африку и новенького мальчика по имени Джонатан Фой.
Все девочки в классе сразу же оживились — вновь прибывший был очень симпатичным юношей. И таким бойким, разговорчивым и что самое заманчивое — умным. Сразу же, в начале урока, как только учитель перечислил несколько стран, расположенных на «чёрном» континенте, Джонатан не постеснялся блеснуть эрудицией и попросить уточнения.
— Прошу прощения, сэр. Вы сказали: Гвинея, но Гвиней в Африке три. Какую именно Вы имели ввиду?
Мистер Глочестер понимающе улыбнулся.
— Вы совершенно правы, мой юный друг. Я рад, что к нам присоединился столь эрудированный ученик. — Учитель помолчал и ответил: — Я имел ввиду государство Папуа-Новая Гвинея.
Фой улыбнулся своей обаятельной улыбкой.
— Она находится в Полинезии, сэр, а не в Африке.
— И снова молодец! — даже всплеснул руками мистер Глочестер. — Считай, что тесты по Африке вы уже сдали, молодой человек.
— Спасибо, сэр, — довольно поблагодарил умник. — Но я и так их сдам.
— Очень на это надеюсь, — улыбнулся преподаватель. — А теперь, если Вы позволите, я продолжу.
Даже если в классе до этого ещё и оставались глупышки не отдавшие свои сердца новому «завоевателю», то после такого блестящего выступления дрогнули последние. У девочек загорелись глазки.
Домой Эль брела задумчивая и сосредоточенная. И очень жалела, что не живёт в большом городе — в их местечке, как медленно не иди со школы, всё равно дома окажешься очень быстро.
«Интересно, кто ему понравился из девочек? Нэтти? Она всем мальчикам нравится. Или Гейл? Его с ней посадили».
Вдруг Эль увидела выбегающего из дому Шайло. Всю последнюю неделю он болел и не ходил в школу, и на улицу его тоже не выпускали.