Тэсс прижала руки к груди.
— Боже ….
— Мисс Констанция Полл? — вышколено отчеканил посыльный.
Она кивнула
— Распишитесь, — протянул он ей форму доставки.
Тэсс что-то там черканула, а парень вручил ей букет. Когда она взяла в руки цветы, он протянул ещё и какую-то упаковку.
— Это тоже Вам. Всего доброго, — тут же попрощался парень.
— Спасибо, — только что и смогла кивнуть опять Тэсс.
Пробежав на кухню и водрузив букет на стол, она принялась лихорадочно распаковывать коробку и, когда ей удалось открыть крышку, её взгляду предстал брелок. На удобно скомканной упаковочной бумаге типа салфеток лежал белый шарик красивого гладкого хрусталя с припаянными к нему цепочкой и карабином. Внутри него что-то белело. Девушка взяла подарок в руки, и в нём тут же с неожиданной лёгкостью замельтешили снежинки. Тэсс потрясла шар, и внутри поднялся снежный вихрь, а когда она взяла его за карабин и сделала пару круговых движений, то внутри хрусталя образовался снежной торнадо.
Счастливица сжала шар в ладони и прижала к груди. У неё не было слов.
С зарплаты Зоди вытащила её за обновками в Бангор. Они прошлись по местным бутикам и посидели в хорошем уютном кафе «Смузи», которое девушка любила ещё в студенчестве, но обходила стороной из-за не совсем «студенческих» цен. Подруга приехала домой вся обвешанная пакетами, а Тэсс всего лишь с двумя наборами женского нижнего белья, заботливо упакованными в добротные красивые коробки, но зато развеялась и отвлеклась просто отлично.
Андрей же всё это время незримо присутствовал в её жизни. Доктор Полл смотрела на монитор со статистикой динамики отхода плаценты, а видела красивые, чувственные мужские руки, открывающие бутылку вина; мыла полы в доме, а перед глазами стояла чёрная футболка, облегающая стройное подкаченное тело; гладила по шёрстке, лакающую из блюдечка молочко, Корягу, а чувствовала сильный и твёрдый, но очень приятный и даже какой-то заботливый, оберегающий торс по всей своей спине.
Но «гвоздём программы» являлось, бесспорно, это нежное касание губ на прощание. Такое лёгкое и трепетное. Райское и невинное. Казалось, оно призвано рождать точно такие невесомые и расслабляющие воспоминания во всём теле. Столь же воздушные и приятные.
Но как оказалось это только казалось.
Характером это касание обзавелось железным, если не сказать атомным. Тэсс вообще начала подумывать, что Андрей, каким-то обманчивым жестом, таким вот законспирированным маневром оставил ей вместо себя своего лучшего агента-раздражителя, так сказать, «ангела ада» — с виду «белого и пушистого», а на самом деле чёрта на метле. При воспоминании об этой мягкой нежной коже расслабленных губ на её губках, девушку начинало распирать и взвинчивать довольно серьёзно и вполне себе с последствиями. Ей хотелось не то придушить кого-нибудь, не то взвыть. И выть долго, громко и протяжно! Так, чтобы услышал даже Андрей в своём Нью-Йорке (если он сейчас там, конечно). В это момент она чувствовала себя какой-то заражённой.
«Это он меня заразил, — тут же принималась хныкать Констанцияс. — Наверное, я уже больна, — надув губы, резюмировала девушка. — Им».
Впрочем, доставалось и мозгам.
Постепенно она вспомнила всё. Всё свидание. В подробностях и деталях. Переосмыслив заново своё поведение, успела несколько раз постфактум сгореть со стыда, пожалеть о доброй половине сказанного и придумать вариации лучших ответов количеством за десяток и дальше.
«Съев» себя почти полностью, она принималась за Андрея.
То ей казалось, что он сноб и умник, то обычный плейбой «за делом», то скучающий нью-йоркский яппи, то самым лучшим из людей, когда-либо ходивших по Земле. Кстати, мужчина смог настолько много дать ей за время общения, что девушка даже не чувствовала желания или необходимости лезть в Google. Тем более, с благословения самого Дексена. Всякая охота отпала. Ей почему-то захотелось знать только ту информацию, которую даст ей Андрей. Сам.
К тому же, когда он поймёт, что она не искала данных о нём в интернете — а он обязательно это поймёт — Тэсс была уверена, что ему понравится. Андрей из тех, кто способен такое оценить. К тому же, если раньше своим появлением и поведением он зародил в ней любопытство и интерес к своей персоне, то ответив на её вопросы и как бы желая немного погасить её интерес, добился совершенно обратного — сейчас её интерес возрос настолько, что его уже буквально некуда было девать. Вопросы кружили и внутри, и снаружи. Теперь уж никакой Google с ними не справится.