— Арчи не мой мужик, чтобы я перед ним отчитывалась. Ясно тебе? — раздраженно ответила я. — Это мой заложник, куда хочу, туда его и селю.
— В кровать-то зачем? — вздохнул Совок.
— Понравился он мне, — сбавив тон, честно призналась я. — Хочу с нормальным парнем пообщаться, а не с вот такими вот, — я махнула рукой на мужиков, которые ржали над проходящей мимо них Айгуль. Они не смели в моем присутствии трогать ее руками, но зато забросали ее мерзкими и пошлыми словечками. — Понимаешь, Совок? Я же скоро такая же стану, как они. Или как она, — кивнула я на казашку.
— На войне нет места для любви, — философски выдал мужчина. — Он твой враг.
— Я об этом помню! А для чего есть, Совок? Есть для надежды хотя бы? Неужели тебе самому нравится такая жизнь? Хочешь всю жизнь в этом гадюшнике провести со шлюхами и отморозками? Учить людей убивать ни за что? Эта контрактная война когда-нибудь, да закончится. А дальше-то что? Я еще не прошла точку невозврата. Если меня не убьют, я хочу жить в городе, как обычная девушка. В кино ходить и по магазинам. С людьми общаться, не оглядываясь по сторонам. Ствол не мацать каждые две минуты. Ты понимаешь о чем я? Илья — частичка того мира другого. Он дает мне надежду на человеческую жизнь. А надежду нужно держать рядом.
Совок ушел, не ответив. Он мог ничего не говорить. Ему, как и мне, такая жизнь не по вкусу. Он тут ради денег, а не от нехватки романтики с большой дороги.
Вот она романтика. Щас Илья мне втащит! Хорошо, что я уже пистолет в сейф убрала. Я пятилась, пока не уперлась в стену спиной. Даже если я сейчас позову на помощь, код от двери знает только Арчи, пока ему позвонят или дверь взломают, Илья меня уже убьет. Врезать ему снова? С ноги? Отхуярить этого здоровяка? А если не вывезу? Он сам меня сейчас отхуярит!
Господи Боже! Пока я мялась, Илья подошел вплотную. Он уперся руками в стену по обе стороны от моей головы и угрожающе смотрел мне прямо в глаза. Да чего тут раздумывать? Надо в клетке его запереть. Пусть там и сидит, раз такой буйный!
— Хватит, Арина! — зло выдохнул он мне в лицо. — Если я тебя раздражаю, отведи меня обратно в клетку!
— Замолчи! — попыталась я поставить его на место. — А не то…
— Да мне плевать, что ты со мной сделаешь! Я мужик крепкий! Хоть весь день меня метельте, хоть всем скопом! До смерти забейте! От тебя я по лицу получать больше не намерен! Ясно тебе? — Я молчала, испуганно глядя на Илью, тогда он схватил меня за горло и сжал пальцы на нем. — Я не слышу, Арина!
— Ясно, — пропищала я.
Илья отпустил мое горло и впился губами в мой рот. У меня ноги подкосились от этого эмоционального всплеска. Илья подхватил меня, не давая сползти по стене. Он поднял меня за ягодицы и, насадив на себя, поволок в кровать.
Мой разгневанный пленник грубо швырнул меня поверх покрывала и схватился за мой ремень. Я начала отталкивать его от себя.
Вот что значит, потерять бдительность рядом с красивым мужиком!
— Тише, девочка! — тяжело дыша, сказал Илья. — Ты же не хочешь, чтобы было снова больно? Давай я тебе покажу, каким прекрасным может быть секс!
Я продолжала брыкаться, тогда парень сел мне на ноги и завел мне руки за голову. Ну и кто теперь в плену?
— Отпусти меня немедленно! — зло зашипела я на парня.
— Нет. Ты же для этого меня притащила из клетки в кровать? Вершительница судеб, мать твою!
— Если ты меня изнасилуешь, тебе точно не жить! — продолжала угрожать я парню. — Повешу тебя на ворота, как кота пакостливого! Пусть Вадим полюбуется!
— Изнасилую? Глупышка! — усмехнулся парень. — Филатовы девочек не обижают, я же уже говорил. А вот тебя стоит поучить, как с мальчиками обращаться! Я тебе не солдафон твой! Посмотри, до чего ты меня довела. — Илья распахнул мой махровый халат, и я увидела его торчащий огромный член. — Расслабься! Урок будет долгим!
— Я не хочу! Не хочу! — замотала я головой, уворачиваясь от его поцелуев.
Илье было все равно. Мое сопротивление только развеселило его. Одной рукой он крепко держал мои запястья, прижав их к кровати, а другой расстегнул на мне штаны.
Я ахнула, когда пальцы парня забрались в мои трусики. Его губы жгли мою шею поцелуями, а рука уверенно ласкала между ног.
— А говоришь, что не хочешь, — рвано выдохнул мне в шею Илья. — Смотри, какая мокрая!
Он засунул мне пальцы в рот. Те самые, что только что были у меня в самом интересном месте. Я пыталась вытолкнуть их из своего рта языком, но это еще больше завело Илью.
— Пососи их, как сосала мне утром! — приказал Илья. Я замотала головой, и мне удалось их выплюнуть. — Ух! Какая непослушная! Люблю самоуверенных, плохих девчонок!