— За меня! — не уступал Илья.
— Во-первых, я ни за одного из вас замуж не собираюсь! — озвучивала я свое решение. — Во-вторых, завтра я казню Юсупова и хочу, чтобы вы забрали моих людей к себе. В-третьих, я уезжаю из города. Если вы хотите, можете поехать со мной, если нет…
— Выбери, Арина! — предложил Илья. — Скажи нам, с кем из нас ты хочешь уехать? Скажи, что со мной!
В спальне Ильи наступает полнейшая, гнетущая тишина. Такая тягучая, что я слышу рваное дыхание всех нас. Филатовы смотрят на меня напряженно, мысленно желая, чтобы я назвала его имя, а не имя брата.
— Вы нужны мне оба! — прижав колени к груди, выдаю я. — Я не смогу быть только с одним! Я люблю вас обоих!
— Тебе придется, Арина! — с нажимом говорит Илья.
— Выбирай сейчас! — давит на меня Вадим. — Это не вариант жить втроем. Мы что, шведы? Это бред! Мы уже это проходили! Так, что до сих пор кое-кто бросается на меня на каждом углу!
— Тогда катитесь к черту оба! — посылаю я их. — Или так, или никак! Ебаться втроем можно, а жить, значит, нет? Надо было раньше думать, когда вы мне сказки рассказывали про свое бесплодие, и при этом трахали в два ствола! — Братья переглядываются и замолкают. — Мне все равно, кто из вас папаша и на вашу ревность дурацкую все равно тоже! Можете считать меня шлюхой, жадиной, извращенкой… Да срать я хотела на это все! У вас есть время до завтра! Оставайтесь со своей гордостью и обидами! Я пришлю вам открытку! Нет, лучше фотографию малышей, но это будет совсем не скоро. — Два мужика стояли передо мной, как провинившиеся ученики у доски. Что? Нечего возразить? — Я есть хочу! — внезапно перевожу я тему.
Филатовы забывают о вражде и начинают суетиться вокруг меня.
— Илья, принеси Арине поесть, — просит брата Вадим.
— Я не оставлю вас наедине! — упрямится Илья.
— Пожалуйста! Я просто поговорю с ней!
— Смотри, Вадим! — грозит парень брату. — Я быстро, Ариночка!
Илья чмокнул меня в висок и ушел, оставив нас одних. Вадим несмело присел рядом со мной на постель. Я выжидающе смотрела на мужчину.
— Ариша… — хрипло произнес Вадим мое имя и умолк. Он сглотнул и откашлялся. Видно, не просто давался ему этот разговор. — Я хотел сказать спасибо за то, что спасла мне жизнь и… И наполнила ее новым смыслом. После всего того, что случилось, я не знал, как жить дальше. Прости меня! Прости, моя девочка! Я знаю, что не заслужил, но хотя бы попробуй! Я был сам не свой тогда…
— Вадим!
Я придвинулась ближе и поцеловала его. Он на секунду опешил, а затем жадно притянул меня к себе. Боже, как я скучала по нему! По его запаху, по его властному языку, который таранил сейчас мой рот. Мы целовались долго, страстно, пытаясь наверстать то время, что были не вместе.
Вадим первым очнулся от этого безумия. Дыша, как загнанный конь, он смущенно поправил свой неуместный стояк. Я и сама завелась не меньше, но реакция Ильи, который вот-вот вернется, была слишком предсказуема.
— По военным законам, я теперь должен тебе, так что я поеду с тобой, хоть на край света, — пообещал Вадим.
Еще один поехал головой. Влияние Совка?
— Только поэтому, Вадим? Потому что ты мне задолжал?
— Я люблю тебя, Арина! Я не могу допустить, чтобы ты снова меня покинула! Я не могу отдать тебя Илье. Если только ты сама этого не захочешь…
— Вы совсем меня не слышали? Я же сказала, что вы мне оба нужны. Вадим, я не представляю своей жизни без Ильи, так же, как и без тебя. Бог послал мне двоих детей! Пусть у них будет два отца или не одного!
Вадим приложил руку к моему животу и улыбнулся.
— Черт! — усмехнулся он. — Мне до сих пор не верится, что у нас с Илюхой будут дети! Арина, я бы как-то смирился, но Илья… Он меня ненавидит. Никогда не простит.
— Я поговорю с Илюшей, — пообещала я. Я положила руку поверх руки Вадима. — Ему придется согласиться. Ради меня!
Дверь в спальню отворилась, и Вадим убрал руку от меня.
— Я зайду позже, Ариша! — он погладил меня по волосам. — Когда ты отдохнешь.
Пока я ела, Илья ни на мгновенье не переставал меня целовать. Ноги, руки, плечи, живот — не осталось местечка, куда бы он меня не чмокнул.
Я наконец-то расслабилась. Снова почувствовала себя в безопасности, любимой и любящей.
— Ты обещал мне помочь помыться, — напомнила я Илье, когда он забрал у меня поднос с пустой посудой. Я смела все до крошки.
Стоя под ласковыми струями душа, я дала волю чувствам и в отношении Ильи. Все случилось само собой. Наши губы, руки, тела, все сплелось в едином танце.