— Я скучал по твоему охрененному запаху! — выдохнул Илья мне в шею, прижимая мою спину к своей груди. Я застонала, когда его пальцы коснулись меня между ног. — Арина, а тебе можно? Я так хочу тебя! Не могу больше сдерживаться.
Вместо ответа, я нагнулась, упираясь руками в стену. Я и сама не могла больше сдерживаться. Я ахнула, почувствовав толчок Ильи. Внизу живота все сладко сжалось, и я сама подалась ему навстречу, желая более глубокого проникновения. Ах, как сладко! Как я скучала по нему!
Руки Ильи ласкали мою грудь. Он двигался глубоко и осторожно, как будто боялся мне навредить своим огромным членом. От этого секс превратился в сущую пытку. Сейчас напор и неистовство Вадима были бы весьма кстати.
— Не могу больше, прости! — простонал Илья и кончил со стоном. — Пойдем в кровать, — целуя меня в шею, предложил Илья. — Не люблю быть должным.
Илья уволок меня мокрую и разгорячённую в постель, где довел меня до нового изнеможения своим языком. Затем посадил на себя сверху, позволив насладиться своим членом сполна.
— Боже, какая ты тугая! Арина, я так скучал, что сейчас снова кончу! — простонал подо мной, Илья.
И он кончил. А я еще нет.
Я слезла с парня и отдышалась. Я не злилась на Илью за то, что он меня не удовлетворил. Мне понравилась наша близость, даже без пресловутого оргазма. Это было даже больше, чем секс, как будто наши с ним души смешались друг с другом. Наши бабочки порхали над цветами, что распустились внутри наших тел. И было так спокойно. Так прекрасно заниматься любовью, когда тебе ничего не угрожает. Ни враги, ни Вадим.
Но мысль о члене Вадима сейчас сводила меня с ума!
Если я сейчас пойду к нему, Илья снова разозлится и обидится. Боже, как же мне хотелось, чтобы и старший Филатов меня приласкал!
— Вадим хотел пожелать тебе спокойной ночи? — нарушил тишину Илья, как будто угадывая мое сокровенное желание. — Если хочешь, иди!
— Я хочу, но не хочу, чтобы ты обижался! — высказала я свои опасения.
— Арина, ты ясно дала понять, что мы ничего не решаем, — глядя в потолок, ответил парень. — Так зачем ты паришься?
— Потому что я люблю тебя, Илья!
В подтверждение своих слов я прижалась к нему всем телом и поцеловала. Илья взял меня за подбородок и заглянул в глаза.
— Поклянись, что не бросишь меня, если окажется, что дети от Вадика! — сверкнув своими карими глазами, сказал Илья.
— Глупый! Конечно не брошу! — пообещала я, соскакивая с кровати.
— И спать придешь ко мне! — крикнул он мне в спину.
Это уже, как получится, усмехнулась я, не оборачиваясь.
Вадим стоял у окна в темноте. Комнату едва освещал тусклый ночник у кровати. Он обернулся и изумленно приподнял бровь, увидев меня на пороге своей комнаты, в чем мать родила.
Он заворожено смотрел, как я медленно крадусь к нему. Каждый мой мягкий шажок навстречу ему отдавался внутри меня сладкой истомой. Разгоряченная ласками Ильи, я была готова отдаться Вадиму сию же секунду.
Я застонала, когда наши губы встретились. Вадим властно прижал меня к себе, поглаживая ягодицы. Он стянул с себя футболку, и я увидела повязку на его плече. Она снова напомнила мне о том, что я чуть не потеряла этого мужчину.
— От тебя пахнет Ильей, — шепчет мне в шею Вадим. — Вы уже потрахались? Вот черт!
— Раньше тебя это не смущало, — напоминаю я, нащупывая его огромный член, уже готовый проткнуть его штаны.
— Скажи мне еще раз, что любишь меня, Ариша, — рвано дышит мне в лицо Вадим. — Скажи мне!
— Люблю! — так же рвано выдыхаю я. — Я люблю тебя, Вадим!
Он подхватывает меня под ягодицы и усаживает на подоконник, хотя до кровати пара шагов. Вадим толкается между моих ног, выбивая из меня стон. Я сама жмусь к нему бедрами, как ненормальная.
— Вадим! — стону я ему в шею.
— Кошечка моя нетерпеливая! — усмехается Вадим. — Соскучилась по папочке?
Наконец Вадим приспускает штаны вместе с трусами и оттуда вываливается его большой и толстый, как дубина, член. От возбуждения вены на нем становятся хорошо различимы, а яркая головка блестит от смазки. От нетерпения я сама хватаюсь за него рукой, как будто в этом отростке находится мое спасение, и направляю его в себя.
У меня вырывается уже не стон, а крик, когда Вадим входит до упора.
— Кричи еще! — подзадоривает меня Вадим. — Кричи громче, Ариша!
И я кричу! Раздирая ногтями его спину и плечи, трусь о его бороду щекой, кусаю его губы, пока Вадим намертво зафиксировав мои бедра руками, вдалбливается в меня до упора.
На мгновение я замираю, прикусывая его каменное плечо, а потом взрываюсь. Так ярко и бурно, что силы меня покидают, и я падаю на Вадима всем телом.