"Дом не там, где мы возвышаем стены, пытаясь укрыться от непогоды и других людей, а там, где наши товарищи" — очередное изречение Севы, оправдывающее наши частые переезды в прошлом.
Просто нельзя было задерживаться надолго на одном месте. Почему бы так и не сказать?
Что ты сейчас мне подскажешь, Сева? Что, блядь, делать? Мы хотя бы останемся живы? Хоть кто-то останется?
Сева, сука, затих. Надеюсь потому, что черти подбросили ему дров?
— Поедем к Филатовым… — выдавила я. Я знала, что Арчи не будет в восторге, но выбора не было!
— К этим говнюкам? — усмехнулся Арчи. Илья промолчал, видимо понимая, что Арчи назвал их так заслуженно. — А дальше что, Ри?
— Потом я убью Тимура и уеду.
— Ты нас бросаешь? — Арчи уже не говорил, он уже орал на меня. — После всего того, что мы пережили?
— Я беременна, Арчи! Я больше не хочу воевать!
— НЕ ХОЧЕШЬ? Да ты в своем уме? Ну ты сука, Арина Ковалева! Господи, да ты ебанулась!
— Эй! — одернул Арчи Илья. — Выбирай выражения!
— Пошел на хуй! — прямо в лицо Илье злобно выпалил Арчи. — Ты еще жив только потому, что смог ей присунуть! — Арчи ткнул в меня пальцем. — Надо было тебя первым повесить на воротах! Тебя и братца твоего мудака!
— А тебя что больше взбесило? — обострял конфликт Илья. — Что не смог ее от нас защитить? Или, что сам не смог ей присунуть?
— Да заткнитесь вы оба! — вмешалась я.
Нас сейчас всех убьют, а они драку затеяли?
— Эй, вы! — крикнул нам снизу Совок. — Снайперов дразните? Или позагорать решили? Руслан хочет с тобой поговорить! Что ему передать? Пойдешь?
— Я спускаюсь! — крикнула я Совку.
Словесная перепалка влюбленных в меня мужиков закончилась. Конфликт нет. Я взяла бинокль и посмотрела на дорогу, ведущую к воротам. Подъехал черный микроавтобус Юсуповых. Из машины никто не выходил. Ждали меня. Позади базы было тихо, как будто там и не было никого. Противник рассредоточился, занял позицию и окопался. СВД бы мне! Я бы быстро их пощелкала. Флешбек из знакомства с Совком вспыхнул с такой яркостью, что рассудок помутнел. Есть более профессиональные снайперы. Пусть займутся.
Арчи остался на крыше. Илью я забрала с собой. Нельзя было их оставлять одних.
— А где ваш танк? — на бегу спросил Илья. — А вертолет?
— Нет никакого танка, — расстроила я парня. — И вертолета тоже нет. Это байка. Миф. Иллюзия.
Илья чертыхнулся и заржал.
Совок поддержал идею взорвать подъехавший автобус. Расстояние было достаточно небольшим, чтобы попасть с первого раза.
— А если там нет Руслана? — озвучила я свои сомнения. — Они сразу начнут обстрел.
— Попробовать стоит, — почесал подбородок Совок. — Если он там, люди Юсуповых разбегутся в панике. Останется только Тагир.
— Мы не знаем, чего хочет Тагир, — вставил Илья свои "5 копеек". — Точнее, мы не знаем, живая ты ему нужна или ему все равно. Сейчас от нападения его сдерживает Руслан, потому что тот надеется забрать отца живым. Убьем Руслана, и Бадоева уже ничего не становит.
— Готовьте РПГ! — решила я за всех.
— Готовьтесь к штурму! — заорал Совок на всю базу. На крышу к Арчи мы отправили четырех снайперов. — Уведи ее! — сказал Илье мужчина. — После взрыва, если Руслан все же там, и его люди отступят, можешь казнить Тимура. И остальных. Внутри склада не задерживайтесь! Завалит обломками!
Надо было идти, а у меня будто ноги приросли к земле. Сева, что бы ты сделал сейчас? Смог бы выкрутиться в той заднице, что мы оказались?
32. Илья
Это все походило на мудацкий боевик. Кто говорит, что на войне не боялся — бессовестно пиздит.
Мы с Ариной не видим взрыв автобуса Руслана. Только его горящие обломки взлетающие выше забора. Ждем. Минут пятнадцать ничего не происходит. Мы не можем знать точно, что там за периметром, но ни выстрелов, ни каких-либо команд, мы не слышим.
— Арчи! — зовет Арина парня. — Что там, мать твою!
— Ничего, Риана, — кричит с крыши Арчи. — Они молятся!
— Щас начнется! — зловеще улыбается Арина.
Ее улыбка напоминает хищный кровожадный оскал. Неужели ей совсем не страшно? Она достает жвачку, протягивает пачку мне, но я только качаю головой, нервно сглатывая слюну.
Арина засовывает в рот пластинку и смотрит на трясущегося меня. Внешне она полностью спокойна, но я знаю, что она думает только о том, как всадит пулю Тимуру. Ей не терпится. Она вся — предвкушение! Да и мне уже не терпится разобраться уже хоть с чем-то.