— Я работал с авиакомпаниями когда-то, можешь мне поверить, то, чем мы тут занимаемся — это детский сад, младшая ясельная группа. Да и вообще, чем ты недовольна, дети получат, в принципе, неплохие компьютеры, а деньги эти всё равно бы кто-нибудь освоил… Я когда-то работал с одним парнем, который с еще парой человек фактически создал всю индустрию пиара в нашей стране в том виде, в котором она сейчас существует. Он мне говорил: «Самый страшный грех для пиарщика — это гордыня». Мы все хотим думать, что мы стоим в тени и делаем наш мир хуже, чем он был. А мир и так настолько плох, что хуже его сделать не в силах ни мы, ни кто-либо другой.
— Петя, крошка, да ты романтик, — Кристина засмеялась и, запрокинув голову, проглотила последний глоток пива. Солнце стремительно падало в объятья разморенного жарой моря, откуда-то сзади ветер доносил сладковатый запах костра, китайцы готовили какие-то немудреные закуски в специально отведенной зоне для пикников.
РОЖДЕННАЯ В «ЛИВЕРПУЛЕ»
Шельф на троих
До конца недели правительство должно подвести итоги тендера на разработку крупнейшего месторождения на арктическом шельфе. По данным источника, близкого к организатору тендера, на получение лицензии претендует многопрофильный холдинг «Гамма», «дочка» группы «Синергия», и совместное российско-американское предприятие United Oil. Месяц назад United Oil утратила несколько лицензий на добычу углеводородов в российских территориальных водах. Газета Financial Times опубликовала информацию об антикоррупционном расследовании, инициированном американскими властями против United Oil, компания подозревается в незаконной выплате крупных сумм ряду российских чиновников, отвечавших за лицензирование в нефтяной отрасли.
PR-директор «Гаммы» Константин уверенно вел свою черную Infinity по улицам Рязани. Он недавно вернулся их Африки, куда его отправили в ссылку после устроенного им скандала с участием представителей британского парламента. К счастью, его боссы были людьми незлопамятными и Константин был прощен.
— Кстати, ты мне так толком не объяснил, какого черта нам здесь понадобилось, — сказал я, изучая распечатки с описанием местных достопримечательностей.
— Да как сказать, тут есть местная сеть супермаркетов, аналитики говорят, что очень даже неплохая. В общем, наши хотят ее купить подешевле. Так что возможно некоторое недовольство на местах.
— Отжимаете, проще говоря, — уточнил я, выкидывая в окно сигаретный окурок.
— Устанавливаем операционный контроль, — поправил меня Кирилл. — Ты же говорил, что здесь твой знакомый журналистом трудится, вот мы как раз немножко дадим человеку заработать. Кроме того, — Константин со значительным видом приподнял указательный палец, — в программе на сегодня запланировано вписать нас в историю…
— Как пиарщик я обычно настораживаюсь, когда кто-то собирается вписать себя в историю.
— Это практически безопасно, кстати… вот здесь, например, — Константин снизил скорость, сворачивая к тротуару.
— Ну и что это? — поинтересовался я, озираясь вокруг.
Мы остановились около приземистого трехэтажного здания, выкрашенного облупившейся светло-коричневой краской. Над входом в него висела титанических размеров вывеска «Продукты», сохранившаяся еще с советских времен, а чуть ниже — две вывески поменьше: «Напитки 24 часа» и «Кафетерий „Ливерпуль“». Константин толкнул обитую дерматином дверь, и мы вошли в полутемный зал «Ливерпуля». Дыхание перехватило от резкого запаха перегара и еще каких-то сложно опознаваемых, но столь же малоприятных запахов. В углу около железного столика стояли две помятые жизнью личности с пластиковыми стаканами пива, у их ног находился пластиковый пакет, в котором просматривались силуэты нескольких стеклянных бутылок неизвестного содержания.
— Как тебе? — поинтересовался Константин с видом завсегдатая заведения.
— Вполне подходяще… Чтобы совершить особо мучительный акт суицида при помощи метилового спирта.
— Да ладно тебе, трезвенник-язвенник, получил антиалкогольную кампанию министерства и уже со старым другом сто грамм выпить западло? — издевательски поинтересовался мой компаньон.
— Очень смешно, а теперь можно мне всё-таки узнать, что мы делаем в этом прекрасном месте?
— Чтоб ты знал, в этом чудесном здании послезавтра соберутся все телекомпании страны, да и мировых будет парочка. Потому что вчера здесь сняла офис компания «Регион Инвест», которая сегодня выиграет, если уже не выиграла, лицензии на бурение на шельфе, — произнес Константин, явно любуясь собой.