— Петр, вы знаете, я далек от всех этих высоких материй, но мне нравится, как на такие вещи смотрит Маклюэн. Для начала я бы предложил некий тестовый период сотрудничества, скажем, полгода, и по результатам мы могли бы сделать выводы о целесообразности дальнейшего сотрудничества.
— Меня это вполне устраивает, — кивнул я, — а кстати, из частного любопытства, зачем вам всё это?
— Что это? — не понял мой собеседник.
— Ну, борьба с режимом и всё такое, какой смысл тратить на это деньги?
— Вы знаете, — Феликс тяжело вздохнул, — до того как у меня возникло недопонимание с Башнями, я большую часть времени жил в Лондоне. И только полгода назад я понял, в чем проблема. Одно дело, когда ты здесь на время, и совсем другое, когда это место становится твоим единственным домом. Я бы вам не пожелал оказаться в такой ситуации.
— К счастью, я слишком беден, чтобы иметь шанс оказаться в такой ситуации, — смиренно ответил я.
Выйдя от Феликса, я догулял до парка. На берегу пруда стояли выцветшие от солнца шезлонги, я опустился в один из них. Мимо верхом проехали два мальчика в одинаковых красных куртках и шлемах, в тени деревьев отдыхала футбольная команда. Несколько лебедей торжественно скользили по зеркальной поверхности пруда. На соседнем шезлонге худощавая блондинка в серебристом платье самозабвенно матерились по-русски в последнюю модель iPhone.
В ПОИСКАХ ЛЕВИАФАНА
Каждую неделю Эскадрон Смерти обедал в одном из московских фастфудов, на этот раз наш выбор пал на McDonald`s. Мы со Стасом приземлились за столик с подносами, заставленными гамбургерами. Стас с осуждением взглянул на Вику и Кристину, ограничившихся картошкой и салатами.
— Коллеги, вы нарушаете основной принцип фастфуда, — с видом знатока произнес он, — одна отрава должна компенсировать другую. Например, съел ты чизбургер, — Стас действительно откусил большой кусок чизбургера, — запей «Кока-Колой», тогда они вступают в сложную химическую реакцию и в результате не наносят вреда организму…
— Господи, Стас, меня и так с утра РЖД изводит, а ты сейчас у меня окончательно аппетит отобьешь, — ответила Вика.
— А что там у вас с РЖД опять случилось? — уточнил я.
Вика нецензурно выругалась.
— Наш дизайнер оформлял презентацию для выступления их президента и взял старую карту России, на которой нет Крыма, — рассказала она. — Ну, в общем, кому до этого дело — но это заметила одна региональная журналистка. В общем, в ближайшие месяца три можете мне секс не предлагать, так как мне его с большим запасом хватило.
— Отлично, — вздохнул я, — вы как дети малые! Сто раз уже говорилось, что малейшие неточности с картами сейчас, как в военное время, караются расстрелом, но нет, обязательно кто-нибудь то Крым обратно украинцам отдаст, то Курильские острова Японии подарит, то еще что похуже. Ладно, приехали, что по новым проектам для Феликса?
Алексей отложил в сторону гамбургер и открыл файл на планшете:
— Отдел аналитики изучил региональные новости и выделил ряд потенциально интересных для дальнейшей раскрутки. В Новосибирске у нас есть рабочий сталелитейного завода, который защитил девушку от хулиганов, отец одного из нападавших оказался родственником прокурора, и на рабочего завели уголовное дело…
— Хорошая тема, кстати, — высказался Стас, дожевывая гамбургер. — Нападавшие славянской национальности?
— Двое местных, двое дагестанцев.
— Дагестанцы не подходят, у нас есть другой проект по национальной тематике, — отрезал Стас. — Что еще?
— Забастовка персонала детских садов в Ярославле, погиб один ребенок, по предварительной версии из-за халатности персонала. Представители профсоюза утверждают, что из-за дефицита сотрудников оставшимся на работе приходится выполнять вдвое больше обязанностей.
— Нет, слишком мрачно.
— Жители села Енино протестуют против сноса больницы, по заявлению активистов, церковь мешает строительству химического предприятия, в стройке заинтересован глава региона. Согласен, так себе история, но что есть.
Алексей виновато развел руками.
— Есть еще в Центральном регионе история, город Козловск, — продолжил он. — Некий коммерс завалил из ружья местного мэра. Там непонятная история, все свидетели были пьяны до последней степени, но вроде они что-то по бизнесу не поделили.
— О, я, кстати, фильм недавно смотрел на эту тему, — задумчиво произнес Стас, — что-то такое беспросветное, все бухают, матерятся, везде коррупция. Из серии «жизнь слепого парализованного бомжа Сергея неожиданно становится еще хуже».