— Ну да. В общем, в итоге крупнейшие российские компании попали на миллионы рублей. Более того, так как проблемы случились у многих региональных контор, некоторые отреагировали совсем неадекватно.
— Насколько неадекватно? — спросил я.
— Ну, если быть точным, его заказали, — уточнил Стас.
— Занимательная история, — заметил я, помешивая ложечкой свой кофе. — А от нас они чего хотят? Чтобы мы ему некролог сочинили?
— Ну, они сказали мне, что плохо знают российский рынок, а мы им помогли в нескольких неоднозначных ситуациях, в общем, они думают, что мы можем что-то придумать.
— Ну хорошо, я поеду встречусь с этим Блумсбери, а ты звони его работодателям и убеди их, что нужно срочно распространить релиз о том, что этот идиот получил повышение и переведен в офис в США, хотя лучше сразу в Сомали, конечно, чтобы не мучился.
— Задачу понял, — ответил Стас, заговорщически глядя на Питерса.
Я остановил машину в переулке недалеко от Белого дома. Вадим Петрович принял меня в своем кабинете, в коричневом вельветовом пиджаке он был похож на слегка либерального преподавателя крупного американского университета. Он выглядел уставшим, в уголках его глаз залегли морщины, но взгляд остался таким же твердым и ироничным.
— В кои-то веки я попросил вас о встрече, благодарю, что так быстро смогли откликнуться, — произнес он.
— Всегда готовы! — с пионерским задором отрапортовал я. — Конечно же, в меру наших скромных возможностей…
— У меня будет достаточно необычная просьба, — произнес он. — Ваши обширные связи на рынке информационных технологий необходимы одному моему хорошему знакомому. Дело в том, что его компания отвечает за создание центра экстренного реагирования для различных российских служб, МЧС и так далее. Одним из элементов системы является комплекс беспроводной связи, обеспечивающий взаимодействие с экипажами спасателей, пожарных и скорой на местах. Для создания этого решения по итогам тендера был привлечен подрядчик, который подошел к решению возложенных на него задач, скажем так, безответственно. Я бы хотел попросить вас попробовать найти какое-то решение этой проблемы.
— Насколько безответственно? — уточнил я.
— Грубо выражаясь, не сделано вообще ничего.
— Логично, — сказал я. — А сколько времени осталось?
— Через две недели состоится демонстрация работы системы с участием прессы и глав профильных министерств и ведомств.
— Чудесно, — отреагировал я, — мне нужен будет офис, например в Санкт-Петербурге, примерно на тридцать человек. Укажите, что в офисе должны быть душевые комнаты и зона отдыха, также нужно неограниченное финансирование, ну и вся имеющаяся информация по проекту.
— Принято, — сказал Вадим Петрович, делая заметки в массивной кожаной записной книжке с золотым тиснением.
— Мне нужно ехать, я позвоню, — попрощался я.
Роберт Блумсбери сидел на веранде одного из многочисленных ресторанов на Тверской и ел блинчики с кленовым сиропом. Заведение было популярным — в него ходили преимущественно экспаты, жившие в расположенном неподалеку отеле Marriott, стоимость питания в ресторане отеля была слишком высока даже для менеджеров, расплачивающихся за всё корпоративной кредитной картой. Блумсбери был блондином спортивного телосложения с серыми глазами. На его шее был повязан элегантный шелковый шарф.
— Приветствую, Роберт, — произнес я, присаживаясь за столик. — Меня зовут Петр, я в настоящий момент представляю вашего работодателя. Вы, наверное, уже в курсе, что вы оказались в крайне неприятной и опасной ситуации, поэтому советую считать, что мои рекомендации имеют статус приказа. Рад вам сообщить, что ваша компания повышает вас и направляет руководить департаментом маркетинга в лондонском офисе. Поздравляю вас!
— Петр, — произнес Блумсбери почти без акцента, — я вам благодарен за желание помочь, но со мной не обсуждали ничего подобного. Мы в Америке так не решаем вопросы.
— Роберт, вероятно, вы не в курсе, но ваши российские партнеры остались крайне недовольны вашими действиями. Насколько мне известно, они наняли людей, которым приказано вас ликвидировать. Не исключено, что эти люди в данный момент изучают вашу прическу, очень хорошую, кстати, в оптический прицел…
Роберт обернулся, словно рассчитывая определить, откуда ему угрожает опасность.
— Я крайне ограничен во времени. Если вы не готовы принять мою помощь, я бы предпочел заняться другими своими задачами. Если же вы собираетесь прожить еще какое-то время, будьте добры рассчитаться и сесть в мою машину.