И почувствовал, что они прибыли. Следопыт нажал на рычаги, Великая явь отступила, и «Точильное колесо» вышло из гиперпространства.
Подняв руки и сняв шлемофон, Килори проморгался в приглушенном освещении мостика и занялся проверкой навигационных данных. Как и было приказано, они остановились на внешнем краю системы.
Кожистые складки расслабленно обвисли. Во что бы ни вылился их поход, по крайней мере, навигационную ошибку к списку промахов следопыта Джикстас не добавит. Килори посмотрел на экран датчиков, про себя отсчитывая секунды.
И тут они посыпались как из рога изобилия, вспыхивая искорками в поле зрения: «Жернов судьбы», три «мастера войны» и одиннадцать «предводителей». Все пятнадцать кораблей выстроились идеальным строем, поскольку молчаливые Проводники вывели их из гиперпространства стремительным каскадом. Килори уже был свидетелем отменной слаженности Проводников, но так и не понял, «видели» ли они друг друга в гиперпространстве, как следопыты, или просто обладали невероятным чувством места и времени.
Джикстас уже был возле коммуникатора, переговариваясь с другими грисками на своем языке. Кожа генералириуса Накирра, сидевшего сбоку от Килори, сильнее обычного ходила ходуном, что производило отталкивающее впечатление. Следопыту было невдомек, то ли это предвкушение, то ли страх.
Не исключено, что Накирр был в замешательстве. Килори не очень-то часто общался с килджи, но у него было ощущение, что генералириус Накирр рассчитывал сыграть решающую роль в грандиозном походе Джикстаса. А вместо этого ему было отведено возить гриска по Доминации и создавать иллюзию полной невинности, пока сам Джикстас мутил воду и до поры до времени скрывал флот вторжения.
Как видно, предположение, будто килджи были настоящими хозяевами Джикстаса, оказалось очередной ложью Трауна.
Килори всю жизнь водил корабли через Хаос, и большинство их владельцев относились к следопыту как к наемному слуге, кем он, в сущности, и являлся. Он много раз видел ту же спесь, что демонстрировал Накирр, – из совсем недавних вспоминались никардуны и агбуи, соплеменники генерала Йива и Хаплифа соответственно. Оба народа бросили вызов могуществу Доминации чиссов и разбились, как прибой о волнорез.
Возможно, на этот раз сами чиссы окажутся сметены более мощной силой.
Джикстас закончил переговоры.
– Флот ждет команды, – объявил он, переключившись на миннисиат. – Следопыт, ведите корабль к планете внутрисистемным прыжком.
Генералириус Накирр встрепенулся:
– Это по силам первому вассалу.
– Но выполнять будет следопыт, – отрезал гриск, давая понять, что не потерпит возражений. Лицо под маской чуть повернулось к килджи, затем снова к Килори. – Следопыт?
– Да, господин, – отозвался Килори. – Отправить параметры прыжка остальным кораблям?
– Флот выдвинется в положенное время, – ответил Джикстас. – Сначала я сам поговорю с чиссами. Хочу проверить, предложит ли мне Траун двух инородцев, как вы это предсказывали.
Кожистые складки Килори онемели. Он-то надеялся, что гриск забыл тот разговор или хотя бы отбросил мысль о наказании, на которую его навели неловкие попытки следопыта предугадать стратегию Трауна.
– Слушаюсь, господин, – выдавил он. – К прыжку внутри системы готов.
– Приступайте, – приказал Джикстас.
Мысленно подбодрив себя, Килори нажал нужные кнопки на пульте. Звезды мигнули, и впереди выросла темная безжизненная планета.
«Подходящий фон», – подумал следопыт, ошеломленно глядя на абсолютную разруху, которая предстала перед его глазами.
Килори ожидал увидеть Трауна и его союзников в окружении превосходящих сил, которые Доминация выслала на охоту за ними. Первой неожиданностью стало количество кораблей: только в прямой видимости их было около тридцати, варьируясь в размерах от канонерок до «Ночного дракона», о котором он предупреждал Джикстаса.
Но никакого боевого строя не наблюдалось и в помине. Никто не бросал Трауну вызов, пытаясь обуздать его. Все корабли были мертвы.
Все до единого.
Глава 25
Килори медленно обвел взглядом развернувшуюся картину, трепеща кожистыми складками от ужаса и отвращения. Боевые корабли были повсюду: одни дрейфовали по относительно стабильным орбитам, другие – по более крутым гиперболическим траекториям, которые через несколько часов или дней приведут их к падению в огне на поверхность планеты. Ни на одном из кораблей не было видно признаков хоть какой-то активности. Датчики «Точильного колеса» показывали, что в большинстве своем реакторы еще теплились, но на минимальной, медленно затухающей мощности. Куда ни кинь взгляд, везде попадались останки, а за некоторыми крупными кораблями тянулись тонкие струйки дыма. Одна отбившаяся от общего скопления канонерка медленно вращалась, и на полуоторванных пластинах ее обшивки бликовал свет далекого солнца, а протяжный дымный след окутывал ее причудливым коконом, напоминающим серпантин. Дым поблескивал, будто он был не просто испарением от обломков, а исходил от кашицы расплавленного металла, и Килори подивился, какое оружие оставляет после себя такие сгустки вещества. На парочке кораблей виднелись мерцающие очаги пожаров, где лазерные пробоины пришлись на кислородные трубопроводы. Что бы здесь ни произошло, «Точильное колесо» пропустило все главное действо.