– Серьезно? – нахмурилась она. Ответ больше походил на шутку. – Вы наугад выберете одну из бесчисленных систем и планет и сложите ручки в ожидании неизвестно чего?
– Ну, не совсем уж наугад, – с улыбкой поправил ее Траун. – Мы выявили и нанесли на карту несколько торговых маршрутов и сетей связи, которые навели нас на самые вероятные варианты.
– Плюс кто-нибудь будет наблюдать с безопасного расстояния, – добавил Ба’киф. – Если в течение нескольких недель никто не объявится, соберем пожитки и переедем на следующую по списку планету.
– Как-то это ненадежно, – заметила Ар’алани. – А если Империя все-таки наткнется на вас? Что дальше?
– Я не сомневаюсь, что генерал Скайуокер вспомнит меня, если он пережил ту войну, конечно же, – ответил Траун. – Если же его больше нет, то наверняка остались те, кто хранит добрую память о нем, чтобы выслушать мою просьбу.
– А потом?
– Я соберу об Империи все доступные сведения и вернусь, чтобы представить их – разумеется, негласно – верховному генералу Ба’кифу и Совету, – пояснил он. – Учитывая все обстоятельства, я буду отсутствовать примерно несколько месяцев. Самое большее – год.
– Надеюсь, все получится, – протянула Ар’алани. – Как бы то ни было, спасибо, что посвятили меня в свои планы.
– Всегда пожалуйста, – ответил генерал. – Но не тешьте себя иллюзией, что вы удостоились этого за красивые глаза. По нынешним временам вы – одна из самых знаменитых и влиятельных офицеров Флота экспансии и обороны. Нам вовсе не хотелось, чтобы вы подняли шум с требованием вернуть Трауна из изгнания.
Ар’алани невинно захлопала глазами:
– Да неужто я на такое способна?
– Еще как способны, – заверил ее Ба’киф. – А теперь нам с Трауном понадобится еще несколько минут, чтобы окончательно обсудить детали. Он полетит на «Парале». Я сообщу вам время отбытия – вдруг вы захотите его проводить.
– Спасибо, обязательно провожу. – Поднявшись, Ар’алани посмотрела на Трауна. – Вот тогда и попрощаемся, Траун. Не вздумайте улетать, не дождавшись меня.
– Не улечу, – пообещал он. – Друзья так не поступают.
В конце, как и в самом начале, их было только двое. Размышляя о прошлом, Ба’киф с Трауном готовились к неопределенному будущему.
Генерал молча смотрел, как Траун листает утвержденный Советом список инвентаря, удовлетворенно кивая при виде каждого пункта. Ба’киф отстраненно подумал, что договоренность Ар’алани с генералом Йивом о его собственной высылке подвернулась как нельзя кстати – это помогло им определиться с ресурсами, которые могут понадобиться изгнаннику.
Само собой, в отличие от Йива, Траун покидает Доминацию ненадолго. Но неугомонные аристократы должны вбить себе в голову, будто он изгнан навсегда.
Наконец Траун поднял глаза.
– Я получу отличное подспорье, – сказал он, возвращая квестис. – Спасибо.
– По-моему, это нам нужно вас благодарить, а не наоборот, – ответил Ба’киф.
Траун пожал плечами:
– Я выполняю свой долг. Как и все остальные.
– Да, – буркнул генерал. – Позволю себе постороннее замечание. Когда вы попросили у патриарха Ламиова артефакт из четвертого хранилища, мы подумали, что вы хотите взять тот самый образец. Можете себе представить, как мне полегчало, когда я узнал, что речь идет о генераторе гравитационного поля, а не о «Солнечной буре».
– За этим бы тоже дело не стало, – заметил Траун. – Если бы я счел, что для разгрома Джикстаса нужна «Солнечная буря», то без раздумий задействовал бы ее.
– Даже если бы это погубило Восход?
Взгляд Трауна будто бы сосредоточился на чем-то далеком за спиной Ба’кифа.
– Сэр, моя работа – защищать Доминацию и ее жителей, – тихо сказал он. – И к этой цели я буду стремиться любой ценой.
У генерала вдоль позвоночника пробежал холодок. «Любой ценой».
На Хоксиме произошло нечто, в чем Траун принял деятельное участие, но никто так и не рассказал о том, что же там произошло на самом деле, ни Ба’кифу, ни Совету, ни Синдикуре. Что-то явно очень важное, взрывное, вопиющее.
Детали знал старший капитан Самакро, так же как и вся смена офицеров с мостика «Реющего ястреба». Талиас с Че’ри тоже знали. Очевидно, и старший капитан Зиинда была в курсе, и если донесения о ее долгих переговорах с адмиралом Ар’алани не врали, то и адмирал тоже.
Но ни один из них не проронил ни слова и вряд ли проговорится в будущем.
Даже ценой собственной карьеры.
Осознавал ли Траун всю глубину преданности, которую он взрастил в своих соратниках? Зная Трауна – скорее всего, нет.