- Да, у меня большие проблемы. И я думаю, что вы можете мне помочь. Но меня не пустили.
- Сейчас я подойду за вами к главному входу.
Окно захлопнулось. Я был ошеломлен. Вот так просто?
Мы прошли в просторный кабинет, оформленный с претензией на роскошь, сияющий скудоумием и похабностью хозяина. Он предложил мне сесть и достал из шкафа графин с виски.
- Будете?
- Нет, спасибо. У меня и так каша в голове.
- Ну как хотите, - он налил себе двойную порцию, и я заметил, как в бокале что-то блеснуло. Виски искрился мелкими золотинками.
- Что это? - спросил я.
- Где? А, в бокале! Это золото.
- Что?
- Золото, вы не в курсе? – непринужденно спросил он.
- Так его вроде носят, а не едят.
- Ну… - он притворно смутился, - Как говорится, слишком много золота в одежде вредит имиджу. Как же иначе насытиться?
- А плохо вам не станет?
- Нет, что вы. Это обычное пищевое золото. Тончайшая пленка, которая выходит из организма вместе с эээ… Другими продуктами жизнедеятельности.
Вот так. Если пихать золото больше некуда, ты забыл еще одну возможность – им можно гадить.
- Я, знаете ли, и на ужин всегда ем бургер из стейка с золотой прослойкой.
Понятия не имею что это, но еще бы ты не ел бургеры!
- Собственно, какая у вас проблема?
Я рассказал ему все, включая свое мнение об этих меньшинствах, которых по большей части считал обыкновенными извращенцами. Он слушал внимательно, потом высказал свое предложение.
- Вот что, Джек. Джек Пэнвилл. – он сделал глоток золотой жидкости, - Я дам вам пару советов, но, к сожалению, сам заняться вашим вопросом я сейчас не могу.
Я ждал объяснения.
- Вы удивитесь, но не могу я именно по той же причине, по которой у вас возникли проблемы.
- То есть?
- Завтра утром планируются два митинга. Одновременно, в одном и том же месте. Мы сейчас все напряжены. Мы должны постараться, чтобы все прошло мирно и гладко, и никто не пострадал.
- А мне вы что предлагаете делать?
- А вам я предлагаю тоже выйти туда. На митинг.
- Вы серьезно?
- Джек, а как вы думаете, почему они имеют такое влияние? Эти меньшинства, - он многозначительно замолчал, и, не услышав ответа, продолжил, - Потому что они выступают за свои права. Да, их требования порой абсурдны. Но если такие как вы недовольны происходящим, почему бы вам тоже не последовать их примеру и не выйти на улицу?
- Потому что нас теперь меньше.
- Вы дождались момента, когда вас стало меньше.
В какой-то момент мне показалось, что он говорит дело, хотя звучало это глупо.
- Идите домой и зайдите в интернет. Создайте петицию в поддержку вашей любимой. Создайте петицию в поддержку всех таких же людей, как она. Соберите людей завтра и заявите о своем недовольстве. Думаете, мне нравится, что моя жена решила завести собаку для досуга?
Я поежился. Конечно нравится, раз ты жрешь золото.
- Спасибо, мистер Джонс. Я подумаю.
- Удачи, Джек. Приходите на стаканчик золотого виски, когда все уляжется.
- Нет, лучше чай.
- Тогда чай, - он усмехнулся.
- Кстати, когда и где будет митинг?
- Начало в восемь утра, колонны пойдут из разных концов главной улицы и встретятся на площади.
- А что за колонны?
- ОЛЖ и ОЗП.
- Что такое ОЗП? Первый раз слышу.
- Общество здорового питания.
У меня отлегло: наконец-то, хоть одна нормальная организация.
- Это те, кто за здоровый образ жизни, правильную еду и все такое? – уточнил я.
- Да, - ответил Джонс, - Тема их завтрашнего митинга – легализация каннибализма.
- Что? – я не поверил своим ушам.
- Ну, я читал сегодня… Главная их идея состоит в том, что десятки тысяч больных умирают ежедневно, а, между тем, убивают ни в чем неповинных животных. Понимаете? Они уверяют, что поедание мяса сородичей ведет к эволюции человека.
- Понимаю…
Я вышел.
Подготовка
Придя домой, я сделал так, как советовал Джонс. Я обзвонил всех друзей, и получил их согласие выйти завтра на митинг в поддержку Дженис. Я создал петицию в интернете, где описал то, что произошло с нами, и опубликовал ее на общественном сайте округа. Я разместил в петиции ссылку на голосование, где будут отмечаться те, кто придет завтра поддержать мою девушку. Я опубликовал ссылку на петицию везде, где только возможно, во всех соцсетях, на сайтах знакомств, биржах объявлений. Мне никогда прежде не приходилось столько раз регистрироваться.
Кажется, теперь весь интернет знал о моей истории, но, что меня смущало больше, знал мои личные данные.