– Я считаю, что нужно проверить всю территорию подворья на наличие погребов и схронов под землёй. А уж в амбар заглянуть, обязательно нужно. Только нужно быть готовыми к тому, что там могут быть и волки, и арбалетчики.
Две команды по пять человек сначала обыскали амбар, и ничего не нашли. А вот на территории подворья нашли погреб и из него извлекли женщину с двумя маленькими детьми. Усадили их на повозку и отправились в обратный путь. Перед отъездом я рассказал всем, о том, как вёл себя стражник либерал. Специально подчеркнул, что те женщины, в которых он отказался стрелять убили их товарища. И в следующий раз я с ними не пойду, если этот нехороший человек будет в их команде.
При докладе заместителю командира стражи старший нашей команды доложил всё объективно, но мне крайне не понравилось, как он расставил акценты. Поэтому я напросился на отдельный доклад, с чем бывший маг сразу согласился.
– Старший нашей команды правильно перечислил все факты, но вот прокомментировал он их несколько странно. Я не знаю вашей специфики, может быть я не прав, а он прав, но я рассуждаю как солдат на войне. Если враг стреляет в тебя, убей его первый, иначе он убьёт тебя. И дело, даже не в том, что ты погибнешь, но у тебя есть задача, ты её не выполнишь и подведёшь остальных. А старший команды не отдал приказа арбалетчикам стрелять в любого, кто будет в нас целиться из лука или арбалета. А один из арбалетчиков просто заявил мне, что он не будет стрелять в женщин и детей. Словно в насмешку, эти дети, арбалетным болтом, своротили ему челюсть на бок. Эти женщины или дети стреляли в сторону, где стоял арбалетчик. То есть этот арбалетчик, даже если бы не убил никого, он мог их просто спугнуть. А он просто стоял и не сделал ни одного выстрела, а нашего парня убили. Ещё двоих бойцов просто спасли их доспехи. Если бы в них попали из взрослого арбалета, они бы тоже были убиты. Когда на нас спустили стаю дрессированных волков, если бы у меня не было с собой алебарды, они бы несколько человек убили, а остальных покалечили, как нашего старшего. На него бросились два волка, я одного из лука застрелил, а от второго защитить не мог, надо было другим помогать. Потом арбалетчики поняли, что я для них главная угроза, и начали за мной охотиться, я вынужден был переключиться на стрельбу по их стрелкам. Вы поговорите не только со мной и со старшим, но и с другими стражниками. Тогда у вас будет правильная картина.
– Теперь важный для меня вопрос! Можете ли вы выдать мне обещанный документ?
– Да, конечно, но это завтра. У вас есть, где остановиться?
Я уехал в недорогую гостиницу, главное, чтобы было, куда пристроить моего коня. Кстати, ему нужна была кличка, и я стал называть его просто Конь, но произносил это на русском языке. И он нормально отзывался на это имя.
А в это время в кабинете заместителя командира стражи, бывшего мага, шла неторопливая беседа. За столом сидели хозяин кабинета и два десятника, опытные воины, прослужившие в Страже уже более десяти лет, и пользующиеся уважением, как этого бывшего мага, так и командира Стражи.
– Что скажите про этого парня?
– Ваше могущество, вот если не обращать внимания на его молодую самодовольную рожу, то я бы так про него сказал. Это явно бывший офицер, умеющий командовать, привыкший к тому, что его команды мгновенно и абсолютно точно выполняются. При этом он сам в совершенстве владеет разным оружием, действует очень быстро, мгновенно реагирует на изменения ситуации. Я думаю, это бывший разведчик, или диверсант. Вот его молодость сбивает с толку, но всё остальное, это точно.
– А ты что скажешь?
– Скажу, что это не шпион. Шпиону зачем так светиться? Сидел бы в задних рядах, да постреливал из своего лука. Кстати вот наконечник от его стрелы. Он свои стрелы собирал очень тщательно, и понятно почему. Я таких наконечников больше нигде не видел. Этот я достал из пожара, точнее из трупа. Он пробил обычный металлический нагрудник, и застрял в теле. Поэтому огнём его не пережгло, и он сохранил свою твёрдость. Вот смотрите.
И воин провёл наконечником от стрелы по своему нагруднику. И на металле осталась явно видимая глубокая царапина.
– Так что посоветуете, отпускать его или арестовывать.
– Ваше Могущество! Этот парень многим из наших двух десятков жизни спас. Как же можно его арестовывать? Чувствую я, что перед ним стоит какая-то важная задача, и при этом нам он не враг. Не надо его задерживать, пусть едет. Помогите ему, чем сможете, и думаю со временем, мы будем гордиться тем, что вместе с ним сражались плечом к плечу.