Глава 7. Ох, уж эти женщины
В Медянск мы въехали под вечер.
– Надеюсь, я не нужен, и никаких бумаг мне подписывать не надо? – это я спрашиваю у Дарела.
– Привет Камню передавай.
– Хорошо, – а сам не сразу сообразил, что имелся в виду хозяин того дома, в который я сейчас иду, горец мастер Демид фон Други Камень.
Дорогу я нашёл сразу, Комп у меня работает, это мне источник напрягать нельзя, а мозги – можно. Зашёл через калитку во двор. Поскольку никого не видно, я негромко позвал:
– Эй, хозяева!
В ответ грохот в конюшне, вот дверь слетает с петель и из строения вылетает разъярённый Конь. Он встаёт передо мной на дыбы, молотит по воздуху копытами, потом опускается на все четыре конечности, и толкает меня головой так, что я впечатываюсь спиной в доски ворот. Животное лижет моё лицо, я делаю шаг вперёд и обнимаю его за морду. Жеребец кладёт голову мне на плечо и что-то бурчит, жаль я не понимаю его языка. Сам глажу его морду, уши, шею. Отмечаю, что грива и хвост отросли очень длинные, а в гриве заметна седина, как у людей бывает в волосах на голове. Когда я пытаюсь пройти к дому, конь не хочет меня отпускать, он прихватывает меня зубами за одежду и тянет назад. Возвращаюсь, снова глажу его, говорю всякие ласковые слова.
Вот из дома выбегает девушка. Она не видит моего лица и обрушивается на коня:
– Ах, ты, предатель, ты к кому это так ластишься?
Увидела меня и замерла:
– Ты?
– Катя, как ты подросла, даже повзрослела!
Девушке сейчас около шестнадцати лет. Представьте себе красивую старшеклассницу. Женская фигура уже сформировалась, но ещё не хватает мягкости, женственности. Это и будет та Катя, что сейчас с обидой смотрит на меня.
– Я его столько времени жду, а он с лошадью обнимается!
Я с ужасом понимаю, что мне предстоит семейный скандал по типу «Где ты шлялся?», и я начал смеяться, держусь за голову лошади и хохочу, чуть не падая. У Кати на лице обида и непонимание, что тут смешного?
Из дома вышли Кристина и Демид, узнали меня, Кристина сразу захлопотала, мол, гость в доме, надо баньку, надо ужин, постель для гостя. Она схватила Катю за руку и утащила в дом. А Демид полюбопытствовал, чего это я так веселюсь. Рассказал ему анекдот, где жена мужу заявляет: «Да бог с ней соседкой, это минутное дело. А где ты шлялся?» Посмеялись вместе. Потом пошли в моечную, на улице тёплая погода, и вода в баке в моечной не холодная. Обмылся непосредственно такой, без подогрева, и пошли в дом, на ужин.
Конечно, все ждут от меня рассказа, где я «шлялся», но я всё время перевожу вопросы на них. Как они живут? А где Полина? Работает ли Катя? Идут ли ей выплаты от руководства шахты? Сделали ли там модернизацию?
Живут они хорошо, ведь в доме двое работающих. Полина вышла замуж, родила ребёнка, сейчас второго ждёт. Катя работает не просто писарем, а секретарём у хозяина шахты. Это модное слово и вид деятельности привезли из столицы. Она полностью справляется. Пай ей выплачивают, и накопилась уже приличная сумма. В банке Кате не захотели открывать счёт, из-за возраста, поэтому все деньги на счёте у Демида, но он готов всё передать ей или мне по первой команде. А дальше мне стали совершенно откровенно намекать, что Катя девушка уже взрослая и вокруг неё вьётся стая женихов, тем более, что в городе все считают, что это её пай в экономике шахты. Желающих стать мужем этого пая очень много.
– Катя, а ты сама-то замуж хочешь?
Фыркнула и убежала. Демид пожимает плечами. Кристина смотрит на меня как на врага народа.
– Кристина, ты приведи сюда Катю, я буду рассказывать, где был, что делал. Если не приведёшь, рассказывать не буду.
Пока Кристина уговаривала девушку вернуться в комнату, я расспросил Демида про Коня. Жеребец вернулся домой два года назад, был худой, имел несколько ран и шрамов. Был очень пугливым, болезненно реагирует на собак. В упряжи ходит, но неохотно, а вот под седлом просто радуется, готов нестись как ветер. Обычно на нём катается Катя. Её несколько раз пытались поймать на конной прогулке, но жеребец легко уходит от любой погони, и, как будто, чувствует ловушки.
Я взял краюху хлеба посыпал солью и вышел на крыльцо. Конь стоял посреди двора и смотрел то на Катю, то на меня. А Катя со слезами сидела возле конюшни, около неё стояла Кристина опустив руки, типа не смогла уговорить.
Подошёл к ней, тих произнёс:
– То, что я остался жив, это просто чудо. Повезло, просто несказанно повезло! Домой приехал, а мне капризы демонстрируют. Вот держи. Коня угости.
Положил ей на колени хлеб и пошёл в дом.