В какой-то момент я решил поэкспериментировать, и забросил живца, то есть, насадил на крючок самую маленькую из пойманных рыбёшек. К этому времени мы уже вышли к реке, и забрасывал я удочку не в ручей, а в реку. На третьем забросе почувствовал удар, и на крючке завертелось что-то похожее на крупного угря или налима. Я не стал осторожничать, а грубо потащил и выволок на берег свою добычу.
Мы отошли от берега, вытоптали в траве место, пятачок в полметра диаметром, и я бросил на это место свою добычу, не касаясь её руками.
Это было довольно странное животное. Вы когда-нибудь видели рыбу минтай целиком с головой. Посмотрите в интернете на её пасть и зубы. Вот такая же голова была у этого животного. А тело больше походило на толстого угря, или удлинённого налима. В целом получалось, что это всё-таки рыба, тем более, что жаберные щели у неё были. Я прижал эту тварь дагой, а нож вонзил в голову, предположительно туда, где должен быть мозг.
– Как думаешь, ядовитая, или нет?
Катя поводила руками над этой рыбой и сказала:
– Не чувствую опасности, думаю, что яда нет.
Тогда делаем кукан, вешаем на него рыбу и идём пробовать ловить ещё.
Мы прошли до характерного места, около нашего берега была заводь с небольшим обратным течением. Отличное место для крупной рыбы. Около воды были кусты, и мы осторожненько их раздвинули, чтобы подобраться к воде, не распугав обитателей заводи. И тут мы увидели человека.
– Т-с-с! Не шуми, давай понаблюдаем, кто и что здесь делает.
Противоположный берег вдавался в реку неширокой галечной косой, и ниже её по течению была ещё одна заводь. Этот человек вышел на косу, осмотрелся, вернулся в кусты, и вышел обратно с большим низким ведром, или тазом. Поставил его около самой воды и начал бросать в воду куски мяса. Вода в заводи буквально вскипела, там было мнжество таких тварей, как мы поймали. Вдруг моя подруга зажала рот рукой и метнулась в сторону, её рвало. Я хотел бежать к ней, но снова посмотрел на мужчину на противоположном берегу и замер. Он держал в руке кисть человеческой руки. Вот он её бросил в воду и достал из таза ступню. Её тоже бросил в воду. Потом перевернул свой таз и вывалил остатки, в воду. А я судорожно накручивал глушитель на свой пистолет.
Вываленные из таза куски не все упали в воду, а часть из них лежала на берегу. Этот кормилец животных стал подталкивать эти куски ногой, чтобы столкнуть в воду. В этот момент я выстрелил ему в колено. Попал ли я в колено, не знаю, но в ногу попал, так как любителя тварей дёрнуло вперёд и в сторону, он попытался опереться на раненую ногу, но она подломилась, и он рухнул в воду. Почти сразу он вынырнул и, отбиваясь от тварей, попытался вылезти на берег. И ему это почти удалось, но вот он упал. Окровавленными руками он зацепился за берег, но остальную часть его тела рвали зубастые пасти, и видимо уже много мяса с него сгрызла, и он истёк кровью. Кормилец затих, над водой были только руки и спина, но вот и эти части тела его питомцы стащили в воду. Вода ещё побурлила, и успокоилась. На берегу одиноко стоял деревянный таз или лохань. В трёх шагах от меня мою девушку выворачивали рвотные спазмы. Я подошёл к ней, и протянул флягу с водой. Когда Катя успокоилась, мы пошли обратно в лагерь, стараясь идти за кустами, чтобы нас не было видно с противоположного берега реки.
В лагере я рассказал всю историю своим помощникам. Только подробности не стал рассказывать, сказал, что человек оступился, и его сожрали его же питомцы. А когда Катя и служанка ушли в шатёр я рассказал, чем этих тварей кормят.
– Нужно установить наблюдение. Один там был этот кормилец, или же их много. Они пока на другом берегу. Но здесь в верховьях реки эти твари некрупные и, наверное, можно переправиться на лодке, или плоту. То есть можно ожидать охотников за человеческим мясом в любой момент. Поэтому лагерь переносим в лес, лошадей пасём только за холмом. Чтобы организовать постоянное дежурство и наблюдение за тем берегом, это нужно несколько человек, а нас, мужчин, только четверо. Но давайте хотя бы сутки подежурим. Ночью на реке дежурить не надо. Мне давайте перекус, и я возвращаюсь на реку, до вечера.
На этот раз я вооружился основательно. Меч, дага, пистолет, винтовка. Лук и алебарду брать не стал. Но оставил их своим помощникам. Попросил только зря стрелы не тратить.
На берег я успел вовремя. Только устроил себе наблюдательный пост, как на другом берегу появился ещё один разумный. Увидев пустой таз, он убежал, а потом они пришли вдвоём. Очень колоритные персонажи. Крупный мужчина с огромными лапами, и густой бородой на всё лицо. Он производил впечатление разбойника в самой страшной его ипостаси. А второй был маленький, вертлявый, типичная городская шпана. Не смотря на небольшое расстояние слышно их было плохо, ветер шумел листвой на кустах и камышами в заводи. Понятно, что они недоумевали, как их товарищ умудрился свалиться в реку. В том, что он свалился и погиб, они не сомневались, видимо, им были видны остатки его одежды. До вечера больше не было ничего интересного, и я уже уходил в лагерь, но тут на берег вышел тот вертлявый мужичок. Он тащил большую охапку хвороста. Пришлось вернуться на свой наблюдательный пост, да еще и сканировать округу, а то мои товарищи побегут меня искать, и шум поднимут.