- Дочь, пойдём на кухню, чаю попьём, - предлагаю я, слыша свой голос будто со стороны.
- Что-то случилось?.. Ты какая-то странная, - дочь внимательно вглядывается в мой лицо.
"Моя ты красота... Всё чувствует уже, всё понимает..."
- Есть один разговор...
Наливаю чай, делаю несколько глотков, откусывая любимый зефир в шоколаде. Но стоит мне только закрыть рот, как чувствую приступ тошноты. Сорвавшись с места пулей лечу к фаянсовому другу. Очистив желудок, пытаюсь прийти в себя.
- Выпей водички, - Даша протягивает мне стакан с фильтрованной водой.
- Спасибо, доча, - делаю пару глотков прохладной влаги.
- Мам, ты опять беременна? - грустным шёпотом спрашивает дочь.
- Да, детка...
- Оставишь? - с надеждой спрашивает она.
- А ты как думаешь? - вздыхаю я.
Проходит пара секунд, пока дочь пытается осмыслить услышанное.
- Мам, оставь... Как представлю, что ты могла бы и от меня избавиться... Не предавай его, - берёт меня за руку, и заглядывает в глаза, а кажется. в самую душу.
Сердце больно сжимается от этих слов.
- Я ещё думаю, Дашонок.
- Да что тут думать?! - взрывается девочка.
Слышу, как голос её дрожит, а подбородок весь сморщился от подступающих слёз.
- Я буду помогать, мам...
- Спасибо, доча. Я думала, что ты иначе отреагируешь...
- Это должно было случиться. Видела, что у вас с папой.. Шуры-муры...
- Да уж. Нашурымурили мы, - вздыхаю я, глотая подступающие слёзы.
...
На этой же неделе Рома забирает детей на все выходные. И я знаю, что он озвучит свою заветную новость, пафосно, торжественно, за праздничным столом. Не то, что я, сидя на полу в туалете. Ну и ладно, я человек простой, мне эти почести и фанфары ни к чему. Это у Лорки первый малыш, а мне не привыкать... Как ни странно, будущие родители приглашают и меня, но я не в силах оторваться от унитаза, мутит страшно. Ссылаюсь на ротавирус и остаюсь дома в гордом одиночестве, смотреть сериалы и блевать.
...
Вечером воскресенья Ромка возвращает спиногрызиков домой, и заходит поздороваться. Даша вся красная проносится в свою комнату, и шарашит дверью, так, что кое-где осыпается штукатурка.
- Сказал? - спрашиваю я.
- Сказал...
- Ну поздравляю, чё... Какой срок у Лорки?
- 6-7 недель...
- Ясно... Мутит ее?
- Не, она огурцом. Пьёт свои смузи с проростками пшеницы, йогой занимается, в бассейн гоняет. Вся такая счастливая... Светится. А мне тошно, - по мужу видно, что он сильно переживает, похудел, осунулся.
- Когда свадьба? - зачем-то спрашиваю я.
Рома садится рядом со мной на диван, и печально смотрит в глаза.
- Ясь, я не хотел этого...
- Ты дурак что-ли?! Это - твой ребенок от любимой женщины! - вспыхиваю я.
- Ты - моя любимая женщина, - заводит старую пластинку бывший.
- Ну люби дальше, кто ж мешает? А Лорку не обижай, сломаешь жизнь человеку.
- А моя жизнь? Моя? Пусть, значит, ломается? - лицо мужа напрягается.
- Ты взрослый человек, уж должен знать от чего дети бывают...
Утыкается лбом, мне в бедро. Рассеянно глажу его по голове.
- Всё будет хорошо... Иди домой.
Попрощавшись с малышнёй уходит, тихо прикрыв дверь. А я украдкой нюхаю свою ладошку, на которой остался запах его туалетной воды.
...
К моему огромному счастью, Роман ушёл в рейс, и ещё месяцев пять можно было не волноваться о том, что он что-то узнает. Живот у меня небольшой, даже от младших детей удаётся прятать.
Данька, правда, в телефонном разговоре с Ромиком, как-то ляпнул:
«У мамы живот большой, ей надо меньше кушать».
У нас с Дашей аж челюсть упала, Ромик такой:
«Не говори так про маму, она у вас самая красивая на планете».
Когда наступает долгожданный декрет, могу наконец-то вздохнуть. В последние месяцы на работе невыносимо находиться. Спасибо, что, токсикоз прошёл. Но вместе с тем назрела новая проблемка... Трахаться хочется, аж зубы сводит. Ночами как маньяк, запершись в комнате, неистово мастурбирую на самую дичайшую порнуху, что есть в сети. Но стоит мне кончить, тут же гложет чувство вины и отвращение к самой себе. Кажется у кого-то едет крыша...
...
Однажды сижу дома, смотрю телек, ем спокойно какую-то дрянь вроде Доширака с бананом. Даша у подруги, малые в садике. Когда, вдруг, щёлкает замок входной двери.
- Дашонок, это ты? - кричу я, повернув голову в сторону прихожей.
А у самой сердце в пятки, с беременностью я стала ужасно мнительной и тревожной.
- Нет. Это я... - слышу тихий охрипший голос из прихожей.