Ох.
По какой-то странной причине у меня от этого в груди возникает странное чувство. Не то чтобы я безумно ревновала, просто мне как-то не по себе. Я обожаю Шантель, она самая веселая и жизнерадостная женщина, которую я когда-либо встречала, и она великолепна, просто сногсшибательна. Вчера вечером она спросила меня, есть ли у нас с Бостоном что-нибудь общее, и я сказала ей, что нет, потому что это не так. И все же, по какой-то причине, я не чувствую себя полностью в порядке, зная, что он ей нравится.
Хотя у нее есть на это полное право.
Она была так любезна, что даже пригласила меня, и это поднимает ее в моих глазах.
И я, кажется, сказала ей правду. Я имею в виду, что на самом деле между нами ничего нет. Мы становимся хорошими друзьями, часто разговариваем, немного смеемся, и Бостон почти как моя опора, но есть ли в этом что-нибудь романтичное? Я так не думаю. Имею в виду, что было несколько долгих взглядов, несколько случайных прикосновений и несколько моментов, когда я чувствовала нечто большее, чем дружбу, но он никогда не настаивал на этом.
Так что я никогда не спрашивала.
И, честно говоря, я действительно не знаю, чего я хочу.
— Хорошо, что ты отвез ее домой, — наконец говорю я ему.
— Да, это избавляет от необходимости ждать такси. На ней не было почти ничего, она стояла одна.
— Я думала, она пошла домой с Саскией.
— Ты видела, как Мейсон смотрел на Саскию? Никто не собирался подвозить её домой.
— Ты прав насчет этого, — смеюсь я.
— Я собираюсь принять душ, ты останешься на ужин? — спрашивает Бостон меня, уставившись вниз, как только встает.
Отсюда, снизу, он кажется таким большим и сильным. Таким могущественным. Я смотрю на него снизу-вверх, и мое сердце странно трепещет.
— Я могу приготовить, если хочешь?
Он изучает меня.
— Звучит заманчиво.
Бостон поворачивается и заходит внутрь, а я смотрю на густой ряд деревьев над его забором и выдыхаю.
Сейчас моя жизнь кажется мне запутанной, хотя, казалось бы, все идет хорошо. У меня есть работа, я завела несколько замечательных друзей, и в целом я счастлива. И все же мне по-прежнему кажется, что все вокруг в беспорядке, и мои эмоции берут надо мной верх.
Я не могу найти во всем этом смысла, но, похоже, не могу и остановить происходящее.
Наверное, мне нужен отпуск.
Или, может быть, мне просто нужна совершенно новая жизнь?
Кто знает.
В любом случае, я надеюсь, что скоро все наладится.
Глава 3
Ранее
Шантель
Работа — отстой.
Ослиные яйца.
Это еще мягко сказано.
Вчера я вернулась домой после смены в местном ресторане только за полночь, и можно с уверенностью сказать, что я облажалась. Я не против лишних денег, но начинаю думать, что лишний сон тоже не помешает. К счастью, сегодня у меня выходной, и я более чем готова абсолютно ничего не делать.
Вообще ничего.
Ноль.
Я прихлебываю свой крепкий черный кофе и сажусь за кухонный стол. Уже девять часов, а это значит, что я проспала дольше, чем, вероятно, следовало, но мне это было нужно, и, честно говоря, я это заслужила. В любом случае, у меня не было больших планов на день. Саския работает, поэтому ее нет дома. А я вполне счастлива лежать на диване и ничего не делать, кроме как смотреть какой-нибудь дрянной сериал весь день.
В мою дверь звонят, и я поднимаю взгляд, буквально хмурясь на свою дверь.
Вы же не серьезно?
Кто в здравом уме мог оказаться здесь в такое время? И, самое главное, почему? Почему они захотели прийти ко мне домой?
Я могу только предположить, что это могла быть Саския, возможно, у нее выходной, о котором я не знала.
Не знаю, кто еще мог прийти так рано.
Я встаю с преувеличенным раздражением и направляюсь к двери, не заботясь о том, что мои волосы все еще собраны в неряшливый пучок, на мне только майка и короткие шорты, и, наверное, выгляжу я паршиво. Я распахиваю дверь, и мои глаза расширяются от удивления. Хорошо. Это совершенно не тот человек, которого я ожидала увидеть у своей двери.
Бостон стоит с двумя чашками кофе в руках и смотрит на меня.
Он выглядит чертовски потрясающе, одетый в свою кожаную куртку, синие джинсы и ботинки, которые он никогда не завязывает. И я на мгновение забываю, что на мне надето и как я выгляжу. Затем я вспоминаю и пискляво спрашиваю:
— Что ты здесь делаешь?
Его взгляд медленно, чертовски медленно скользит вниз по моему телу, пока не останавливается на моих крошечных шортиках, затем он снова поднимается вверх, пока снова не задерживает на мне взгляд. К этому моменту у меня уже мурашки бегают по коже, потому что, боже правый, это было так сильно.