Остальные пары оказались тоже мирным и удачным сочетанием. Гермина присматривала за Невиллем и поручала ему только самые простые задания, например, размельчить составляющие, или помешать зелье, чтобы занять егго чем–нибудь и удержать подальше от неприятностей.
Грегори и Винсент нуждались во внимании Дамбльдора больше всех, потому, что им все время требовалась помощь. Они, казалось, были вообще не в состоянии следить за его указаниями. Дамбльдор постепенно привык к тому, что им все нужно было обьяснять снова и снова, и повторял по нескольку раз то, что было им неясно.
Гарри и Рон отлично поладили с соседями и едва ли заметили вообще, что рассадили их специально.
Лаванда и Парвати во вспышке ярости стали кидатся друг в дружку компонентами зелья, попадая время от времени в кого–нибудь из соседей. Те все вместе доходчиво объяснили обеим, что им следует прекратить безобразие, иначе… Вскоре обе девочки обиженно умолкли, и в классе наступила приятная тишина.
Впрочем, Блез все еще шептался с Панси, сидя на последней парте, и работали оба еще медленнее, чем Грегори с Винсентом. Они явно что–то замыслили, но не могли прийти в этом к согласию. Они не обращали внимания на урок, и даже забывали помешивать зелье.
Альбус уже начал опасаться, что зелье перекипит, как у Гарри с Роном на прошлой неделе, но, к счастью, Милиссента Бычешейдер присматривала за ними, и иногда деже подсказывала.
За пять минут до конца урока Альбус Дамбльдор вдруг осознал, что все его ученики, кроме только Блеза и Панси, выполнили задание. У него получилось! Наконец–то ему удалось продержать класс в тишине и спокойствии достаточно долго, чтобы обучить их приготовлению зелья. Директор прошел по рядам, проверяя результаты и втайне гордясь собой. Конечно, Снейп бы управился с этим зельем еще несколько недель назад, но он–то наконец научился держать класс под контролем. И это, по мнению Альбуса, было немалым достижением.
У стола Винсента и Грегори он приостановился.
— В нем что–то не так, — пожаловался Грегори.
— Цвет не тот, — пояснил Винсент. Альбус присмотрелся к зелью. Оно и в самом деле вышло немного темнее, чем следовало.
— Слишком много паучьих лапок, — заявил девчоночий голос за его правым плечом. — Это можно легко исправить.
— Легко, но бессмысленно, — раздался другой голос за левым плечом. — Зелье все равно действует. Конечно, слабее, чем обычно, но исправлять его не стоит затраченных усилий.
Альбус обернулся и уставился на Гермину и Северуса.
— Я справлюсь без вашей помощи, благодарю вас, — объявил он. — Идите, прошу вас, на места и приберите на столах.
— Уже прибрали, — сказала Гермина, кивнув в сторону своей парты. И действительно, большинство учеников закончило работу и в ожидании смотрело на него.
— Нам скучно, — зевнул Северус.
— Ну хорошо. Все, кто уже показал мне свое зелье и убрал на столе, могут идти. Грегори, Винсент, ваше зелье не идеально, но сойдет. Прибирайтесь и можете идти.
Ученики похватали портфели и гуськом покинули класс.
— Минуточку, мисс Браун и мисс Патил.
Лаванда и Парвати обернулись, уже стоя в дверях.
— Вы убрали на столе, а что делать с теми вещами, которые вы раскидали на полу? Мне бы хотелось, чтобы вы здесь прибрали.
Лаванда и Парвати обиженно верулись и занялись уборкой, бормоча что–то насчет «нечестно».
Альбус закончил обход класса у парты Блеза и Панси. Урок уже давно закончился, и в классе не осталось никого, кроме самого Дамбльдора, прибирающих Лаванды с Парвати, и их двоих.
Однако зелье Блеза и Панси все еще не было готово.
— Профессор, нам нужно всего 10 минут, — заныла Панси, заметив его критический взгляд.
— Но у вас нет больше этих 10 минут. Пока вы закончите и уберете, пройдет уже 5 минут следующего урока. Боюсь, этого я допустить не могу. Снимите котел с огня и скорее убирайте. Следующий класс будет здесь через пару минут.
— Но профессор Дамбльдор… — начал Блез.
— Сожалею, мистер Цабини, но вы не выполнили задания. Рекомендую вам на будущее быть внимательнее. Вы бы уже давно закончили, если бы не беседовали так много.
— Это все Драко виноват! — прошипел Блез, собирая со стола остатки компонентов.
Драко и Северус устроились в кабинете Филча, где они и собрались рисовать. Северус хотел лишний раз повидатся со своим вороном, а Драко понравилась мысль рисовать в тишине и спокойствии, а не в гостиной, где его окидывал хмурым взглядом каждый проходящий мимо слизеринец.
Филч время от времени отрывался от своей работы и поглядывал на мальчишек, качая головой, но ничего не говорил. Рисование он считал достойным занятием, потому, что после него не оставалось особого беспорядка, оно не сопровождалось шумом, и, к тому же, завхоз был рад, что Северус наконец–то нашел друга.