Альбус продолжал смотреть на него. Эти двое перехитрили его. И если он сейчас настоит на том, чтобы рисунок сняли, они будут на всех углах жаловатся, что у директора предубеждение против катаров.
— Откуда у вас все эти сладости? — вместо этого поинтересовался он.
Драко и Северус покосились на внушительную гору шоколада, возвышающуюся между ними.
— Мы их выменяли, — пояснил Драко.
Альбус тоже покосился на гору. Это была весьма немалая гора.
— На что?
— На домашние задания, — ухмыльнулся Северус. — У меня все неплохо получается, кроме, правда, Превращений.
Альбус пристально посмотрел на шоколад. Может, выдумать причину и конфисковать это? Смотрелось все очень привлекательно.
Вдруг подножие горы заходило ходуном и из груды оберток выглянул маленький носик с подозрительным шоколадным пятном на боку.
— Нюфф, — изрек Зеленый. Альбус осторожно поднял ежа с кровати.
— Не пора ли ежатам идти спать в такой поздний час? — спросил он. — Не пора ли и вам обоим идти в кровать??
— Мы и так в кровати, — заметил Северус, принимая Зеленого из рук Альбуса.
— Ну, не пора ли вам идти по кроватям и спать?
— Зеленый никогда не спит ночью, — сказал Драко. — Ежи — ночные животные.
— Но вы оба — не ежи! — строго сказал Дамбльдор. — Вы говорите мне, что вы катары, а катары ночью спят. Зеленому пора в клетку, Северус! Драко, убирай шоколад, и оба ложитесь спать!
— В каком именно порядке мы должны это выполнить?
— Северус!
Северус моргнул.
— Мы еще не устали, — сказал Драко, сделав «собачьи глаза».
— Прошу вас, — попросил Альбус. — Вы, может, и не устали, зато я — очень даже устал. У меня завтра уроки, мне надо найти двух новых учителей, и я засыпаю на ходу. Пожалуйста, ложитесь спать, хотя бы чтобы я, наконец, мог идти и лечь в мою прекрасную, теплую, мягкую, удобную постель.
Драко и Северус переглянулись. Северус пожал плечами.
— Вы же не собираетесь уснуть прямо здесь? — спросил Драко.
— Почему бы тебе просто не пойти и не лечь спать? — спросил Альбуса Северус.
— Потому что сначала я обязан уложить вас. Так что, будьте хорошими кошечками и ложитесь спать.
— Ну хорошо, — наконец согласился Северус. — Но ты по крайней мере разрешишь нам оставить картину на двери.
Дамбльдор с легкостью согласился. Он и не надеялся, что их удастся заставить снять рисунок.
Первым уроком по средам всегда были Превращения. Северус сидел, как обычно, на последнем ряду, а Драко на первом, рядом с Грегори. Винсент и Краббе же сидели прямо за спиной Драко.
Минерва МакГонагалл раздала всем кирпичи, которые следовало превратить в чашки, и села просматривать домашние задания. Как оказалось, домашнее задание сдали на этот раз все до единого. Минерва довольно улыбнулась.
Еще она заметила, что тексты работ Драко и Северуса совпадают до мелочей. Чтож, она сама согласилась с тем, что Драко будет помогать Северусу. Может статься, Северус что–нибудь и выучит в процессе списывания.
Профессор отложила домашние задания в сторону для позднейшей проверки и отправилась наблюдать за работой класса.
Винсент Краббе и Блез Цабини свои кирпичи еще не тронули и пальцем. Профессор МакГонагалл постучала палочкой по их столу, напоминая о задании.
Грегори каким–то загадочным образом удалось превратить свой кирпич в кусок дерева. Она молча превратила дерево обратно в кирпич и приложила палец к губам, призывая Гойла, открывшего было рот для благодарности, к молчанию, потому что заметила, что Драко Малфой почти превратил свой кирпич в чашку, и не хотела нарушать его концентрацию.
Лаванда Браун и Парвати Патил тихо ссорились. Похоже, Лаванда посмела улыбнуться новому приятелю Парвати. Минерва строго напомнила обеим, что кирпичи не предназначены для использования в качестве оружия. Гарри Поттер и Рон Уизли работали вместе над одним кирпичом и пытались одновременно превратить его. Преподавательница решила не обращать на них внимания и дождаться, пока они сами не выяснят невозможность такого способа.
Гермина Грейнжер давно закончила превращение кирпича и теперь наблюдала за попытками Невилля сделать то же самое. Минерва решила не мешать им. Невилль здорово подтянулся в Превращениях с прошлого года, по крайней мере, теперь он был в состоянии совершить большинство превращений с минимальной долей помощи со стороны Гермины. Минерва невероятно гордилась обоими.