Но через месяц наши вошли в Газу, и Ноу, как и всех остальных заложников, которых держали на севере, стали переправлять на юг сектора. На нее нацепили балахоны и платки, чтобы не вызывать подозрений, но пока ехали, попали под бомбежку. Пару сопровождавших ее боевиков убило на месте, а Ноа и еще один были ранены. Ее ранение не было опасным, но в "Шифе", куда ее и второго раненого притащили подлечить, ее решили добить. Врач решил, говорят. То ли в качестве мести за своих, то ли чтобы медикаменты не тратить. Никто не знает. Вскрытие показало, что ее убили посредством воздушной эмболии. Попросту говоря, ввели в вену воздух. Может, тоже в целях экономии. Но если смерть меня чему-то и научила, то это не копаться в чужих мотивах и не додумывать. А Ноу потом нашли и вернули домой хоронить.
Но я рассказывала про "сложную ситуацию". То есть, про захват Нахаль-Оз террористами и гибель на базе 53 солдат, среди которых были 14 моих подруг. Ну и я сама, конечно.
Кстати, наше "убежище" было на базе не единственным. Их было несколько, но только одно из них было действительно убежищем, и там можно было укрыться не только от осколков, но и от террористов. Оно запиралось, и те ребята, которые там прятались, не пострадали. Прятались в основном те, у кого не было оружия. А те, у кого было, не знали, что на другом конце базы сидят в открытом сарае совершенно беззащитные девчонки в пижамах.
Яэль ранили, когда она выбегала из убежища. Она получила пулю в руку и осколочные ранения обеих ног. Она и еще примерно десять девочек из других подразделений заперлись в комнате Карины и Авив — они незадолго до дембеля получили комнату с толстенной дверью, которую нельзя взломать. Там Яэль и остальные и прятались примерно до половины второго, пока не пришел десант. Девчонки пытались не издавать звуков, чтобы не выдать свое присутствие в комнате. Потому что дверь, конечно, взломать было нельзя, но в комнате было разбитое окно, в которое можно было закинуть, что угодно. Яэль несколько раз теряла сознание от боли и потери крови. Лежала и прощалась с жизнью.
Двух девочек-фельдшеров, которые спрятались в другой комнате, хамасовцы убили, а комнату сожгли.
Когда пришли десантники, девчонки даже не сразу поверили, что это свои. Солдаты просили девочек не смотреть по сторонам, когда выводили их через убежище, но они, конечно, смотрели. Некоторые тела их подруг были накрыты, но не все. Девчонки спрашивали, почему армия так долго не приходила, но эти ребята даже не знали, что им сказать. Тогда еще никто толком не знал, что творится в кибуцах.
34 дня
"Goodbye, goodbye, goodbye,
You were bigger than the whole sky."
T. Swift
Моим родителям в тот день сначала никто не звонил, а потом никто не отвечал. Другим родителям тоже. Если бы я выжила, я бы после этого решила никогда не иметь детей. Такой черный, тяжелый, свинцовый страх похож на дементора — он навсегда высасывает из тебя даже не жизнь, а тебя самого. Высасывает, пока не остается одна только оболочка. Не надо таращиться, прежде чем стать свифти я любила "Гарри Поттера". Your typical Basic White Girl. Насчет "белой" я, возможно, погорячилась, но я считаю свои вкусы совершенно типичными. Жаль, что на базе их разделяла только Прайс.
Про Нахаль-Оз в тот день совсем не говорили. Говорили много про кибуцы, потому что люди из своих убежищ от отчаяния звонили журналистам и их мольбы о помощи все слышали в прямом эфире. Про "Нову" сначала никто ничего не понимал. А про нас, кажется, не говорили вообще. Или почти. Все наши родители обезумели от беспокойства, кто-то из них уже днем пытался прорваться на базу, но его перехватила армия. Папа с мамой звонили всем подряд, но никто ничего не знал. И тогда Саша Ариев, старшая сестра Карины, открыла группу в Вотсапе для семей всех наблюдательниц из Нахаль-Оз. Я даже не знала, что у Карины такая крутая сестра. Смотрите, что она написала: "Всем привет, это Александра Ариев, сестра Карины. Это группа для родителей и других родственников наблюдательниц Нахаль-Оз. Я прошу вас не присылать сюда непроверенную информацию и указывать свои источники. Если кто-то из девочек выйдет на связь, сразу спросите у нее про всех. Один за все и все за одного. Даже если я пойду долиной смертной тени, не убоюсь я зла". Потрясающая.