Новый вихрь силы взметнулся посреди маленького дворика, когда тело огромной бело-полосатой кошки вдруг утратило четкость контуров. Светящееся светло-золотистое марево дрогнуло, заволакивая его, растворяя в себе, а в следующую секунду схлынуло, оставив на желто-сиреневой мозаике высокого обнаженного парня с недлинными волосами цвета рыжего пламени и чуть раскосыми темно-серыми глазами, уже столь знакомыми его противнику. Маг успел заметить в них яростную усмешку, а потом пространство вдруг дрогнуло, прогибаясь, вздыбливаясь, вскипая силой... Энергия, вся та, что была заключена в силовом каркасе кошки, при обращении оборотня просто выплеснулась наружу! Намо был всего лишь Хозяином Леса и он не мог ей управлять, создать из нее огонь, направить на своего врага, но здесь и сейчас простого выброса силы оказалось вполне достаточно!
Маг дернулся вперед, попытавшись вернуть, загасить сгусток пламени, только что сорвавшийся с его пальцев. Он достаточно хорошо разбирался в теории энергетических потоков, чтобы представлять себе, что именно иначе здесь произойдет! Но было уже слишком поздно. Никому, ни оборотню, ни даже магу, не вернуть контроль над энергией, уже вырвавшейся на свободу! Воздух дрогнул, словно поверхность озера, в которую бросили камень, словно прозрачное стекло, которое вдруг под напором невообразимой силы, мгновенно начало плавиться, и волна этой жидкой лавы хлестнула в сторону мага!.. Огненный шар столкнулся с ней на середине дворика. На секунду на мир вокруг обрушилась невообразимая тишина, а потом языки сухого обжигающего пламени метнулись во все стороны!
Точнее, попытались - во все. Но оборотень по-прежнему был окружен волной силы, еще не успевшей рассеяться, и она по-прежнему продолжала катиться в сторону мага. И, чтобы преодолеть крошечное пространство внутреннего дворика, ей потребовалось всего мгновение... Мага швырнуло на землю, страшной невообразимой силой проволокло по мозаичным плитам. С глухим, каким-то безнадежным, хлопком сложилась и погасла магическая защита вокруг его доспехов, но мужчина лишь краем сознания отметил это и уж точно он был просто не в состоянии ничего предпринять. Все его тело вопило и кричало от невозможной боли. Казалось, в нем не осталось ни одной целой косточки, ни одного не сожженного клочка кожи! Перед глазами густыми хлопьями кружилась темнота вперемешку с вспышками ослепительно яркого света. И даже меча, который он все это время упорно сжимал в руке, маг теперь никак не мог нащупать.
Намо встряхнулся всем телом. По силовым потокам, пронизывавшим пространство вокруг, время от времени еще пробегали волны короткой мелкой дрожи, но они уже не представляли никакой опасности, а значит, пора было действовать. Тем более что маг, которого ударом энергии отшвырнуло к противоположной стене дома, уже начинал шевелиться. Оборотень шагнул к нему, одновременно поднимая в боевую стойку свой меч - единственное, что он провел через обращение. Под теплом пальцев рукоять, богато украшенная драгоценными камнями, привычно нагрелась. Кому-то другому она вполне могла показаться слишком вычурной и оттого недостаточно удобной, но Намо привык. К тому же меч был подарком матери по случаю его первого самостоятельного обращения - она любила и знала толк в драгоценностях и повсюду окружала себя ими. А кроме того, рукоять ничуть не мешала прекрасной балансировке клинка. Намо не знал, почему он вдруг вспомнил обо всем этом. Может быть потому, что там, на втором этаже дома, в одной из гостевых комнат, остался лежать мальчишка, который уже никогда не поднимет своей первый настоящий клинок!
До мага, распростертого у подножия лестницы, оставалось всего пара шагов, когда тот вдруг распахнул глаза и, явно собрав остаток своих сил, попытался приподняться навстречу приближающемуся оборотню. Намо усмехнулся, переворачивая клинок острием вниз. Он был высшим оборотнем и прекрасно чувствовал, что последняя вспышка энергии досуха выпила силу и из каркаса мага, и из его доспехов и из меча. И вряд ли он мог сделать хоть что-то против вооруженного и остро ненавидящего его оборотня!
Правая рука мага, до этого валявшаяся вдоль тела безжизненной плетью, вдруг резко вскинулась вверх. Мужчина согнул локоть, что-то тихо тренькнуло, и из его рукава, разрывая ткань кафтана, вылетел тонкий узкий нож! Совсем игрушка с виду - не больше тефаха в длину, без рукояти... Достаточно смертоносный, если уметь стрелять и хорошенько прицелиться. Особенно с расстояния в пару шагов!
Намо, словно почувствовав что-то, в последнюю секунду резко дернулся в сторону, и нож вонзился не в шею, куда метил маг, а в грудь, эцбов на пять ниже левой ключицы, заставив оборотня глухо вскрикнуть и прикусить губу от резкой боли.
* * *
Дикий лес к северу от Вольного княжества Махейн, земли стаи.
За окном, за толстой стеной деревянного сруба, едва слышно шелестел дождь. Ветра больше не было, и капли не били в стекло, а тонкими извивающимися струйками скользили по нему. Абсолютно бесшумно. Но Ледь, высший оборотень, слышал. Как, наверняка, не скрылся этот шорох и от Кай'я Лэ. Может быть, она поэтому и задумалась, вслушиваясь в него.
Она по-прежнему сидела на коленях перед Ледем, спиной к очагу и полыхавшему в нем пламени. И ярко-желтый огонь создавал сияющий золотистый ореол вокруг ее фигуры, просвечивал длинными острыми лучами пряди подсохших и слегка распушившихся волос. А ее лицо оставалось в тени, словно Занила выбрала эту позу специально, чтобы скрыть выражение, поселившееся на нем, и только глаза цвета расплавленного серебра по-прежнему сияли, словно отражая свой собственный внутренний свет. Глаза устремленные не на Ледя. И даже его рука, по-прежнему кончиками пальцев обводящая контуры лица Занилы, ничего не могла с этим поделать.
Оборотень подался вперед, всем телом наклоняясь к Кай'я Лэ. Его ладонь скользнула ей на затылок, не притягивая навстречу, но не позволяя отстраниться, если бы она вдруг попыталась. В сверкающем серебре взгляда Занилы что-то неуловимо дрогнуло, изменяясь, словно она возвращалась из своих мыслей к тому, что происходило в этой, заполненной запахами дерева и леса, комнате. И Ледь, заметив это, усмехнулся, за секунду до того, как прижаться губами к ее губам... Но Занила не ответила на поцелуй. Она вдруг резко вздрогнула всем телом и рванулась прочь из его рук, глухо застонав. Так не стонут от удовольствия... Только от боли! Ледь, ничего не понимая, послушно отпустил ее, окинув Занилу недоуменным взглядом. Он хотел спросить, что случилось, но все слова так и застыли у него на губах. Кай'я Лэ сидела, низко наклонив голову, позволив прядям светлых волос упасть на лицо, она прижимала руку к левой стороне груди, на полтефаха ниже ключицы, с такой силой, словно пыталась унять резкую боль!
- Что с тобой?! - больше всего на свете Ледю хотелось вновь привлечь ее в свои объятья, защитить от чего бы то ни было, но он заставил себя замереть на месте. Он достаточно хорошо знал Занилу, чтобы отдавать себе отчет: в таком состоянии она может отреагировать на его прикосновения как угодно! А она вдруг подняла на него лицо. На секунду оборотень успел обрадоваться: она слышала его слова, она сейчас ответит ему... Вот только глаза Занилы вновь смотрели сквозь него! И того, что было сейчас в них, наверное, стоило испугаться. Ее зрачки сильно расширились, оставив лишь узкий ободок серебряного пламени, но в них самих, на самом дне непроглядной бездны бушевал свой собственный огонь!
- Догата! Намо! - губы Занилы шепнули почти беззвучно, и Ледь скорее по их движению догадался, чем услышал, что же она произнесла. И спросить ее он тоже ни о чем не успел. Кай'я Лэ вдруг резко вскочила на ноги и мимо него, даже не оглянувшись, метнулась к выходу из комнаты. На ходу подхватила с пола сброшенное платье, натянула его через голову, не потрудившись даже стянуть завязки на горловине, схватила со стола оставленный там арбалет и вылетела прочь! Тяжелая деревянная дверь громко хлопнула за ее спиной, и Ледь, словно только этого сигнала и требовалось ему, чтобы прийти в себя, рванулся за ней следом.