- Я искала вас, уважаемый Дзаир, - Занила демонстративно проигнорировала взгляд мужчины, - чтобы поговорить по поводу созыва заседания Совета. Нам следует обсудить размер средств, которые мы выделим на оборону города!
Во взгляде мужчины промелькнуло что-то, весьма напоминающее уважение. И Занила поняла, что человек за тот год, что они не встречались, действительно успел забыть, каким именно способом она заняла свой председательский пост! И теперь стремительно вспоминал об этом.
- Я, уважаемая боярыня, уже позволил себе отдать некоторые распоряжения на этот счет. А потом отправился сюда, чтобы лично проконтролировать работы, - Рук Дзаир развернулся, указывая рукой на нескольких солдат, окруживших большую баллисту, стоящую аммах в десяти впереди, там, где в крепостной стене вместо традиционной узкой бойницы было оставлено гораздо большее отверстие - специально для нее. - Догатская крепость не подвергалась нападениям уже несколько десятилетий, - продолжил Дзаир, заметив интерес в серых глазах боярыни, - но это отнюдь не значит, что она неспособна отразить атаку!
Занила решила истолковать жест Дзаира как приглашение подойти к баллисте поближе и как следует рассмотреть осадную машину. Это был палинтон [Палинтон - двухплечевая баллиста, мечущая камни.], своим видом (да и принципами работы) напоминающий гигантский арбалет. Самым существенным отличием, кроме размера, разумеется, пожалуй, было то, что у него вместо единого лука были два отдельных плеча. Ложе палинтона крепилось к сложному деревянному штативу, позволявшему менять угол и, соответственно, дальность выстрела. Вокруг него-то сейчас как раз и возились солдаты, пытаясь привести баллисту в боевую готовность после длительного периода времени, когда она не использовалась. Занила остановилась за спинами солдат, рассматривая палинтон. Ее всегда поражало, как людям с помощью нескольких кусков дерева, пучка воловьих жил и ворота наподобие колодезного удается сделать такое, поистине смертоносное орудие!
Дальше на крепостной стене стояло еще три таких же палинтона. А всего, насколько было известно Кай'я Лэ, догатская крепость насчитывала почти полсотни мощных баллист, и большая их часть была сосредоточена именно на той части стены, что смотрела в сторону моря. Во время прошлогодней короткой осады воспользоваться ими почти не удалось. По городу тогда ходила весьма мрачная шутка, что, видимо, это было неугодно Богам: снаряды для палинтонов доставлялись из ближайших каменоломен, работали на которых исключительно рабы. И во время бунта эти поставки, разумеется, сразу же прекратились!.. Впрочем, кому, как не Заниле, было знать, что Боги в тот раз были абсолютно ни при чем?.. В любом случае сейчас главное оружие догатской крепости, водимо, собирались использовать в полную силу!
Один из солдат, наверное, их командир, заметив Занилу, повернулся к ней. И оборотень мгновенно поняла, насколько же сильно она ошиблась, приняв его за обычного десятника! Этот невысокий жилистый мужчина с лицом, покрытым сетью мелких шрамов, и очень коротко остриженными волосами, одетый в обыкновенную коричневую солдатскую форму, был никем иным как генералом Руксином Рафусом - командиром догатского гарнизона! Занила узнала его, потому что несколько раз встречалась с ним в городе, а еще потому, что всей салевской столице была известна его примета - на правой руке генерала не хватало трех пальцев. Одни говорили, что тот потерял их в каком-то особо кровопролитном сражении, другие - что он уже родился таким. В любом случае уродство каким-то неведомым образом не мешало Рафусу быть отменным фехтовальщиком, наездником и даже стрелком!
Генерал, приказав своим солдатам продолжать без него, подошел к Заниле и коротко приветственно поклонился ей.
- Вижу, заседание Торгового Совета сегодня решено провести здесь! - усмехнулся мужчина вместо того, чтобы просто поздороваться. Но Занила даже не подумала посчитать себя оскорбленной. Она просто, глядя прямо в глаза человека, приветственно поклонилась ему в ответ, хотя, если следовать салевскому этикету, отнюдь не обязана была это делать. Если Рука Дзаира у нее был повод не убивать, то генерал, несомненно, относился к числу тех людей, кого убивать не хотелось! Рафус, простолюдин по рождению, начинавший служить обыкновенным солдатом, коротко хмыкнул, вполне оценив поклон боярыни, и добавил, указав взглядом на крестовину клинка, поднимавшуюся над плечом девушки. - Впрочем, от вас, боярыня, вполне возможно, здесь будет все же больше проку!
Рук Дзаир, вполне справедливо отнеся последний намек на свой счет, скривился, но ответить ничего не успел, потому что один из солдат, не из тех, что были заняты с баллистой, а другой - стоявший на стаже возле бойницы, вдруг закричал:
- Генерал, корабли снялись с якоря!
Руксин Рафус и Занила метнулись к стене одновременно. На мгновение оборотень успела подумать, что маги по какой-то причине изменили свои планы и теперь уводят флот из Догатской бухты, но уже секунду спустя она была вынуждена признать свою ошибку: корабли, подняв паруса, двигались в сторону берега!
- Они собираются высадиться, не так ли? - Занила обернулась к генералу. Тот ничего не сказал ей, лишь ответил весьма красноречивым взглядом, с легкостью заменившим любые фразы. А потом посмотрел со стены вниз, туда, где сквозь открытые ворота все еще тянулась вереница людей и повозок, правда, уже немного поредевшая. Генерал, грязно выругавшись, отвернулся от бойницы и, схватив за плечо первого попавшегося ему солдата, толкнул того в сторону спуска со стены:
- Передай: пусть закрывают ворота! - рявкнул он. - Всех рыбаков пинками внутрь, и немедленно закрывайте ворота!
Парень кивнул и бегом бросился к лестнице. Рафус же оглянулся на палинтон. Солдаты уже закончили возиться со штативом и теперь размещали на ложе массивный булыжник. Занила подумала, что генерал сейчас отдаст команду стрелять по приближающимся к берегу кораблям, но тот лишь вновь развернулся к бойнице. Кай'я Лэ пару мгновений вглядывалась в выражение его лица, в напряженно сведенные над переносицей брови... Потом не выдержала.
- Чего вы ждете, генерал? Вы собираетесь позволить им высадиться на берег?! - ее голос звенел от напряжения, утратив обычные чуть хриплые звериные нотки.
- А что я, по-вашему, должен делать, боярыня?! Хотите отдать мне приказ? - Рафус даже не повернулся в ее сторону, но Занила уж точно не относилась к тем, кого можно было смутить подобным поведением! Она указала рукой в сторону взведенной и явно готовой к бою баллисты, не заботясь о том, видит человек ее жест или нет.
- Почему вы не стреляете по ним, генерал?
Человек отвернулся от бойницы, не сделав, впрочем, и шага в сторону орудия. Он посмотрел на баллисту так, будто только сейчас впервые увидел ее, а потом точно таким же взглядом - изучающим - окинул и саму Занилу.
- Из чего? Из этого? - будто смысл слов боярыни действительно мог быть непонятен, переспросил человек, прищурившись, отчего шрамы на его лице натянулись и почему-то обозначились четче. Занила успела подумать, что генерал так и не удостоит ее ответом, когда он вдруг вновь заговорил отрывистыми рублеными фразами, почти выплевывая их, словно каждая причиняла ему если и не боль, то уж точно какое-то не самое приятное ощущение. - У этого палинтона, боярыня, максимальная дальность стрельбы тысяча аммов. Но прицельная при этом - не больше четырехсот! Конечно, минут через пять корабли подойдут на такое расстояние, с которого мы уже сможем их достать, но даже тогда из этого вряд ли получится что-то стоящее! Мы, скорее всего, просто пометаем камни в воду, а они и не заметят наших усилий! Эти парусники - слишком верткие мишени, чтобы неприцельной стрельбой пытаться причинить им хоть какой-то урон!