– Привет.
– Привет.
За этими двумя словами скрывались одновременно радость, боль, удивление, предвкушение, неведение, что будет дальше, интерес. Сердца помнили, а ум еще сопротивлялся. Они стояли посреди парка, вокруг было красиво и идеально для данного момента, как будто само пространство всей своей атмосферой заботливо обнимало двух своих детей.
– Как ты? – участливо спросила Ингрид, прервав паузу.
– Нормально, – ответил Тим, отойдя от оцепенения и улыбнувшись от простоты диалога, за которым скрывалась целая эпоха переживаний.
Разговор как и в старые времена полился рекой, как будто не было никакой долгой разлуки и расставания. Одна тема перетекала в другую, несколько часов прошли как один миг. Но стояло ощущение, что они боялись сказать самое важное, то, что занимало их сердца и умы все эти годы. Они не решались говорить об их чувствах, помнят ли они все, как к этому относятся сейчас, что каждый их них чувствует в настоящий момент. И Тим сказал:
– Я помню, как я тебя любил и, если говорить начистоту, продолжаю любить. Я помню каждый момент каждую встречу, каждый наш разговор. Помню наши прогулки и ожидания, интересное и, порой, безумное времяпровождение. Объятия, поцелуи, запах твоего тела, каждое мгновение проведенное вместе. Я помню каждый миллиметр и каждый изгиб твоего тела. Я помню каждый поцелуй и как мы соединялись воедино и видели Вселенную. Я помню, когда мы обнимали друг друга, мы чувствовали себя дома и становилось очень спокойно обоим, не хотелось больше никуда идти и бежать, мы знали, что мы уже нашли своего самого родного человека во Вселенной.
Ингрид улыбнулась, она пережила в своих мыслях каждый описываемый Тимом момент, было очевидно, что она чувствовала то же самое. Она добавила:
– Нахождение рядом с тобой наполняло мою жизнь смыслом, жизнь казалась полной и яркой, как будто озарялась светом изнутри меня.
Они обняли друг друга и снова возникло это чувство, что они вернулись домой к своему самому близкому человеку. Они простояли так очень долго. Никто не хотел и не решался разомкнуть объятия. Но пришел момент, когда им все же пришлось это сделать.
– Тим, – промолвила Ингрид, – ты, наверное, знаешь, что я замужем и у меня двое детей. Я приехала сюда на лето и, когда мой отпуск будет подходить к концу, я уеду.
– Я понимаю, – коротко ответил Тим.
– Мне столько хочется тебе рассказать о своей жизни, – после недолгой паузы продолжил Тим, – и так интересно узнать, как ты жила все это время.
– Да, нам многое есть, что рассказать друг другу, – с улыбкой отреагировала Ингрид.
Они попрощались и договорились встретиться снова. Оба из них летели домой на крыльях счастья. Возникшие из прошлого чувства начали заполнять их изможденные расставанием души, как будто растрескавшаяся от засухи земля стала впитывать капли дождя. Но, также каждый из них в глубине души чувствовал, что уже не будет как прежде, многое изменилось. Их пути снова пересеклись, и им предстоит узнать зачем.
За время работы с Аристо Тим приобрел глубочайший опыт и знания в области исцеления судеб других людей, несмотря на то, что в то время сам находился в поисках средств исцеления своей. Как говорил он сам: “Я прохожу свой путь, а вы свои, но мы идем с вами в одном направлении: к свободе и счастью. В силу обстоятельств я стал первым среди равных, распознав и развивая свое призвание и обладая доступом к скрытым в междустрочьях знаниям”. Тим развил в себе талант наставника и его первые книги начали приобретать популярность, в то время как он сам оставался в тени и избегал публичности. Он служил Вселенной, а не только своему личному эго.
“Если нет смысла, тогда зачем его создавать и чем руководствоваться в жизни? Спросил однажды Тим Аристо, на что тот ответил: “Есть путь – исследовать весь потенциал реальности, себя, и, творить свои мыслеформы. У каждого человека есть свой путь. Каждому из нас предначертана череда жизненных испытаний, пройдя которые, открывается возможность добиться чистого сознания. Чтобы дойти до уровня творца, нужно усвоить все уроки судьбы. Они будут усвоены тогда, когда воспоминания прошлого и предвкушение будущего будут восприниматься так, чтобы не поколебать спокойствие ума и духа. Наполнив себя спокойствием, свободой и любовью, в человеке просыпается потенциал создателя и способность видеть суть вещей и создавать любые формы бытия и наполнять их смыслом. Поэтому бегство от своей боли, это бегство от своего взросления как человеческой сущности, это бегство от своих уроков. Бегство будет порождать страх, и не будет покоя души, каким бы комфортом и кажущейся стабильностью ни окружал себя человек. Боль будет порождать боль. Каждый последующий урок будет больнее предыдущего. Выход из этого лабиринта вопросов Вселенной один – повернуться лицом к свой боли, прожить ее, остановить свое бегство от самого себя. Боль – это лучший учитель на пути каждого. Осознав источник своей боли, человек теряет связь с прошлым и зависимость от желаемого будущего, все, что казалось самым ценным, потеряет свой смысл и ценность. Человек останется опустошенным, то есть создаст ту самую пустоту внутри себя, полную потенциала. Он станет по настоящему свободным, чтобы наполнить себя энергией Вселенной: спокойствием, свободой и любовью. Тогда человек сам сможет создавать жизнь.”