Но сначала надо заехать в Хиллтоп. Экономка ждала хозяина с дочерью к ланчу и специально готовила шоколадный пудинг для Кристи. Он знал, что Мэри Престон будет разочарована тем, что малышка не приедет, не меньше, чем он. Старая женщина всей душой поддерживала его в этой тяжбе с Коппеллами…
Ли свернул к воротам и вынужден был резко затормозить. Девочка стояла посреди дороги, по-видимому решая, направиться ли ей прямо, к дому, или свернуть к конюшням. Она была довольно высокой и тонкой, одетой в короткую клетчатую юбку и куртку с капюшоном. Ли не сомневался, что впервые видит ее, и все же в юном лице было что-то удивительно знакомое.
Он опустил стекло.
— Тебе помочь? — Голос его звучал довольно резко.
Ли был совсем не в настроении разговаривать с незнакомой школьницей, которая очевидно, пришла сюда в поисках работы. Их с Маккордом без конца атаковали девчонки, помешанные на лошадях и мечтавшие о том, чтобы почистить их или убрать в стойлах в свободное от учебы время. Как правило, это были те, кто не мог себе позволить платить за уроки вер-ховой езды. Работа с лошадьми могла предоставить им счастливую возможность изредка проехаться по выгону.
Девочка забросила на плечо рюкзачок и с сомнением посмотрела на него.
— Я… э-э… я искала свою маму, — запинаясь, проговорила она. — Мама… здесь работает. Ее зовут Айрин. Айрин…
— Тревор? — спросил Ли, и девочка виновато покраснела.
— Да. Айрин Тревор, — подтвердила она, и Ли понял, что мать, должно быть, запретила ей приходить сюда.
— Ты ее дочь? — Ли был удивлен. Вовсе не потому что Айрин была слишком непривлекательной, для того чтобы иметь ребенка. Просто он не подозревал, что Айрин была замужем. Впрочем, в наши дни это совсем не обязательно. Он покачал головой. — Садись, я подвезу тебя.
— Ох, я не знаю…
— Я Ли Роуленд, — сообщил он. — Не сомневаюсь, что мама запретила тебе садиться в машину к незнакомым мужчинам, но так уж получилось, что я хозяин здешних мест и ее босс.
— Знаю. — Глаза девочки вдруг испуганно расширились, словно она поняла, что в этом не следовало признаваться. — Ну… — Она колебалась. — Если вы не против, это было бы классно.
Классно! Ли поморщился и, наклонившись, открыл противоположную дверцу.
— Залезай, — коротко приказал он, и девочка быстро скользнула на сиденье. — А разве ты не должна сейчас быть в школе?
Девочка, захлопнув дверцу, грустно посмотрела на него.
— Об этом же спросит меня и мама. Но я ни за что туда не вернусь. — Она надула губы. — Во всяком случае, сегодня.
Ли нахмурился, впрочем, не очень огорченный этим заявлением.
— Что-то случилось? Разве нельзя было подождать до вечера?
— И об этом мама меня тоже спросит. — Девочка снова с сомнением посмотрела на Ли, затем дернула плечом. — Для нее свет клином сошелся на получении хорошего образования и всем таком прочем. Но иногда это бывает не так легко, как ей кажется.
— У тебя проблемы, — сухо заметил Ли. — Убедить людей в том, что говоришь правду, порою очень трудно. Я это знаю не понаслышке.
— Полагаю, что да. — Снова покраснев, девочка искоса взглянула на мужчину. — Извините, мне не стоило так говорить. На самом деле я ничего о вас не знаю.
— Большинству людей это не мешает выносить приговор, — с иронией заметил он и улыбнулся. Приятно встретить человека, готового признаться в своей предвзятости. — Ну что ж, если я кажусь тебе таким авторитетным в этом вопросе, почему бы тебе не рассказать, что тебя беспокоит? — Ли внимательно посмотрел ей в лицо. — Как я догадываюсь, ты посещаешь какую-то привилегированную школу.
— Да, — кивнув, подтвердила она. — Я учусь там уже больше года.
— И это порой кажется тебе непосильным, так? — мягко спросил Ли и тут же был пригвожден к месту негодующим восклицанием:
— Нет! Мне вовсе не трудно учиться! Ну… не очень. Я конечно же не светило в математике, но во всем остальном вполне на уровне. — Девочка шмыгнула носом. — И это как раз часть проблемы, — вполголоса пробормотала она, замерев при виде крыши конюшен, показавшейся за деревьями.
Ли жалел, что их совместное путешествие было таким коротким. Ему понравилось говорить с ней и не хотелось отпускать девочку, не выяснив, что случилось.
— Так в чем же проблема… Э-э… ты не представишься?
— Эмми.
— Очень приятно, Эмми. — Его вдруг осенило: — Может, тебя дразнят зубрилой?