— Она очень сердилась? — горячо спросил он. — Она говорила что-нибудь о елке?
— Все в порядке, — успокоила его Лора. — Она даже не упомянула о елке.
— Тогда где мы ее установим? Питер говорит, что он не может внести ее в дом, пока кто-нибудь не скажет ему.
— Мы попросим папу помочь нам, — сказала Лора и протянула ему руку.
Они подошли к библиотеке и постучали. Сначала была тишина, потом Уэйд позвал:
— Войдите.
— Подожди здесь минутку, — прошептала Лора и вошла в комнату.
Уэйд не сидел за письменным столом. Он вытянулся на диване перед камином и не оглянулся, когда она вошла. Лора улыбнулась Джемми и тихо закрыла дверь. Несколько мгновений ее занимала мысль, каким образом матери Уэйда удалось помешать сыну жениться на Морган. В словах старухи было что-то загадочное. Потом он поднял на нее глаза, и она быстро подошла и опустилась на колени на коврик перед диваном.
— Твоя мать говорит, что мне неприлично было ездить в телеге с Адамом Хьюмом и мальчиками, чтобы помочь Джемми выбрать рождественскую елку. Я, правда, не хотела делать ничего неправильного. Я поехала, потому что — потому что хотела быть самой собой. Я сказала твоей матери, что я так часто ездила в повозках дома, что не видела в этом ничего плохого.
Уэйд сел на диване и стал вглядываться в ее лицо глазами, темными до синевы, как и у его сына.
— Если это было неправильно, зачем мистер Хьюм пригласил меня? — настаивала Лора.
Уэйд развязал завязки шляпы и покачал головой, увидев приколотую булавкой ленточку.
— Все держится на булавках и клею! Лора, милая, стиль поведения Адама вряд ли подходит молодой женщине вроде тебя.
Он положил ее шляпку на диван рядом с собой, а потом принялся разглядывать ладонь своей левой руки, где белели бугорки старого шрама. Лора быстро взяла его руку и приложила к своей щеке.
— Ты никогда не рассказывал мне, как получил этот шрам. Рана прошла насквозь. Какая страшная боль!
Он отнял руку от ее щеки и почти гневно сжал пальцы над шрамом.
— Это было результатом подражания Адаму, — сказал Уэйд.
Она понимала, что лучше не расспрашивать дальше.
— Тогда я никогда больше не буду его слушать, — пообещала она. — Он на самом деле не нравится мне. Он грубый человек. Но, Уэйд, Джемми и я хотим спросить тебя, где нам можно установить рождественскую елку. Джемми выбрал такую красавицу, и нам не терпится поставить ее.
Он легонько поцеловал ее в щеку, и она знала, что прощена. Уэйд, по крайней мере, никогда не будет копить горечь на сердце, как его мать. Чувство облегчения вызвало в ней нежность, и она на миг прижалась к нему, прежде чем встала и помогла ему подняться.
— Как ты думаешь, можно поставить ее в гостиной? Это очень расстроит твою мать?
Он вышел вместе с ней в коридор, где их ждал Джемми.
— Гостиная, конечно, подходящее место, — ответил Уэйд. — Беги и скажи Питеру, чтобы вносил дерево, Джемми. А Элли пусть разведет огонь в камине, чтобы нам было уютно.
Джемми умчался, а Уэйд прошел в парадную гостиную, раздвинул тяжелые портьеры и открыл ставни, впуская неяркий свет.
Остаток дня все они были заняты. Лора прикрепила свечи, которые купила утром. Нужно было приготовить воздушную кукурузу и сделать из нее бусы, а также нанизать на нитку клюкву для гирлянд. Миссис Лорд, узнав от мальчиков о елке Джемми, прислала коробку серебряного дождя, тонких, хрупких полосочек, которые она каждый год заказывала у жестянщика.
В тот вечер Лора принесла в гостиную материал гранатового платья и, пока Джемми с отцом украшали елку, аккуратно шила. В первый раз ей было тепло и уютно в этом доме. Антагонизм на время отступил, Уэйд и Джемми, как никогда раньше, были похожи на отца с сыном. Единственным нарушением гармонии этого вечера был приход Элли с вопросом, как долго Уэйд намеревается оставлять миссис Тайлер одну в задней гостиной.
Уэйд набросил последний венок из клюквы на ветку и вытер руки носовым платком.
— Но, Уэйд, — запротестовала Лора, — пусть она придет сюда к нам. Ей незачем оставаться одной.
— Неважно. Елка почти готова. Джемми может сам закончить. Я пойду немного почитаю ей.
И Лора с Джемми остались одни любоваться елкой. Она была по-настоящему красивая. С каждой ветки струились серебряные лучики дождя, белые гирлянды воздушной кукурузы и красные из клюквы добавляли праздничности.
— Это самая красивая елка во всем мире, — торжественно заявил Джемми.