Уэйду по-прежнему мешал костыль, и он еще не совсем оправился после поездки в санях, но настроение у него, казалось, было прекрасное. Должно быть, он испытывал облегчение от возможности ускользнуть от капризов матери. На этот раз он и слышать не хотел о том, что Лора будет вместо танцев сидеть весь вечер подле него. Когда Адам подошел пригласить ее, Уэйд настоял на том, чтобы она пошла танцевать с ним.
Она была рада, что предстоял фигурный танец. Адаму придется придержать свои остроты и следить за ногами. Вспоминая его дерзости, она чувствовала себя более уязвленной, чем в тот момент, когда он произносил их, и была готова дать отпор любой новой наглости. Лора выпрямилась и холодно отвернулась от его смеющихся глаз.
Сегодня, хотя присутствовали некоторые из тех же людей, атмосфера сильно отличалась от настроения бала у Серины. Публика вела себя шумно благодаря, может быть, более простой одежде и неформальной обстановке санного путешествия. Адам стремительно кружил Лору в танце, а когда музыка сменилась более спокойным вальсом, он обнял ее за талию, не спрашивая на то разрешения.
Она подняла на него глаза, готовая дать резкий отпор, но он ответил ей таким неожиданно пронзительно-добрым взглядом, что она запнулась и ничего не сказала.
— Только один этот вальс, и я отпущу вас, — сказал он. — Улыбнитесь, Лора. Приподнимите уголки ваших губ. Забудьте о том, что вас тревожит.
Ей не хотелось улыбаться, но она позволила ему закружить себя в грациозном танце и почти с грустью погрузилась в мелодию. Он не разговаривал до конца танца и сейчас вел ее обратно к Уэйду.
— Я вижу, ваш муж занят интересным разговором, — сказал Адам.
Лора поняла, что он имеет в виду. Уэйд был не один. Рядом с ним сидел Мюррей Норвуд, и они были поглощены разговором. Оба мужчины поднялись, когда Лора подошла к ним, и усадили ее между собой. Адам отвесил поклон, поблагодарил за танец и скрылся в толпе.
Мистер Норвуд, казалось, не возражал против ее молчаливого присутствия и продолжал говорить о призыве и о том, что остановить враждебные действия может только одно — недопущение начала призыва.
Уэйд задал тот же вопрос, что и Лора:
— Но как отдельная группа людей может встать в оппозицию к правительству и помешать призыву? Это само по себе было бы уже изменой.
— Сильно сказано, — спокойно сказал мистер Норвуд. — Предполагается совсем иное.
Уэйд сомневался.
— Правительство, естественно, поддержит свой приказ силой. При помощи полиции, даже армии.
— Правительство не будет стрелять в верных ему граждан. А мы останемся таковыми.
Когда Уэйд сделал легкий протестующий жест, Норвуд быстро продолжал:
— Здесь не место и не время говорить с вами подробно, мистер Тайлер, но поверьте, если по всему Северу будет организована достаточная оппозиция призыву, правительство не сможет осуществить его. Голос избирателя все еще имеет вес. Я прошу только, чтобы вы посетили одно из наших собраний. Мы не можем, разумеется, допустить вас во внутренний круг, если вы не решите присоединиться к нам, но благодаря доброте миссис Ченнинг у нас есть возможность устроить так, чтобы вы узнали кое-что о нашем деле.
Уэйд был явно заинтересован, и на этот раз сердитая краска не залила его лицо при упоминании имени Морган. Слушая, Лора обвела глазами комнату, ища Морган, и увидела, что она танцует с Гербертом Уайли — возможно специально дав возможность Мюррею Норвуду поговорить с Уэйдом.
— Я все еще не вижу, чем я могу быть полезен в этом деле, — с сомнением проговорил Уэйд.
Мистер Норвуд сунул руку в карман и достал маленький коричневый предмет, подбросив его на ладони.
— Нужен каждый человек, особенно нам нужны умные и влиятельные люди.
— Влиятельные? — смех Уэйда отдавал горечью.
— Да, влиятельные. Миссис Ченнинг рассказывала мне о том времени, когда молодежь острова с энтузиазмом следовала за вами.
— В вопросах организации балов, возможно. Война отрезвила молодую кровь.
Мистер Норвуд раскрыл ладонь.
— Вы знаете, что это?
— Орех или какой-то желудь, я полагаю.
— Это поперечный разрез серого калифорнийского ореха, — сказал мистер Норвуд. Он протянул его Лоре. — Что напоминает рисунок, миссис Тайлер?
Лора разглядывала его несколько мгновений.
— Пожалуй, это немного похоже на два переплетенных сердца.