Однажды Эрик прервал сеанс.
- Не могу, - тяжело дыша, сказал он. – Прости, Мэри, но я правда не могу. Это все равно, как пытаться выбраться из зыбучих песков. Мне очень жаль.
И ушел.
Мэри еще немного полежала, слушая его удаляющиеся шаги, потом сползла с ложемента. Посмотрела на «сбрую» и протянула руку за платьем.
Корсет, такой удобный (до недавнего времени!), такой невесомый на теле, оказался на удивление тяжелым, стоило взять его в руки, Мэри вся вспотела, пока – бочком, бочком - спустилась с ним со второго этажа.
Какого черта, с привычным раздражением подумала она, какого черта нужно было устраивать «лабораторию» наверху? Что, на первом этаже места не хватает?
Эрик, мрачный и усталый, сидел за столом, перед ним стояла открытая бутылка пива. На вошедшую Мэри он даже не взглянул, а Мэри, волоча за собой корсет, молча проковыляла к утилизатору. Вот я сейчас выкину все это, подумала Мэри, таким красивым эффектным жестом, а потом гордо подниму голову и скажу… скажу… ну, что-нибудь скажу…
Однако красивого жеста не получилось - запихнуть все это разваливающееся на составные части добро в небольшую нишу оказалось делом нелегким. Мэри сопела, пыхтела, злилась, но помощи у Эрика не просила. А он не предлагал. Наконец сиреневая вспышка озарила небольшую кухню.
- Пока, - буднично сказала Мэри.
- Пока, - в тон ей отозвался Эрик. – Не опаздывай завтра.
***
Следом за почившим экзоскелетом настала очередь ортопедической обуви. Но тут все было проще: Мэри, не без помощи Эрика, заказала себе кроссовки в сетевом магазине. Самые дешевые, но с ортопедической стелькой.
- Зачем переплачивать? – рассуждал Эрик. – Если через неделю тебе придется покупать новые? И, кстати, раз уж ты разорилась на спортивную обувь, используй ее по назначению. Начинай ходить.
- Ходить? – удивилась Мэри. – Но я вроде и так не ползаю.
- Пешком ходить, - объяснил Эрик. – По Приморскому бульвару. От тебя ко мне. Или наоборот. Как тебе удобнее.
- С ума сошел? – ужаснулась Мэри. – Это же почти десять километров!
- Не пройдешь?
- Не пройду, - твердо сказала Мэри. – Упаду где-нибудь там и умру. А виноват будешь ты.
Эрик обозвал ее нытиком и трусихой, а потом непоследовательно согласился, что десять километров это, пожалуй, перебор, для начала можно ограничиться меньшей дистанцией.
- Ты просто останавливай такси, не доезжая до дома. За километр, например, за полтора. И иди пешком.
Эта идея Мэри понравилась. За последнее время она здорово окрепла, стала гибче и ловчее – упражнения, которые она неукоснительно выполняла, и правильное питание сделали свое дело. Теперь она могла дотянуться пальцами рук до колен, долго стоять с прямой спиной, а чтобы посмотреть налево или направо, ей не надо было разворачиваться всем корпусом - достаточно было повернуть голову, как любому нормальному человеку. И еще – она стала выше ростом. Эрик только плечами пожал, когда она поделилась своим открытием.
- Ну, ясень пень, выше. Я думаю, ты еще сантиметров десять прибавишь, когда мы все закончим.
На первый раз Мэри ограничилась дистанцией в пятьсот метров. Четыреста по бульвару и сто от бульвара до бунгало. Последняя стометровка оказалась самой тяжелой, ноги спотыкались о камни, путались в траве и то и дело, подлые, норовили подвернуться. Конечно, можно было бы воспользоваться легким каром, как она всегда и делала, но сейчас Мэри твердо решила не давать себе поблажки. Решила пятьсот метров, значит сдохни, но пройди.
Конечно, она не сдохла. Да, сильно запыхалась и взмокла; да, ныли ноги и спина, и хотелось прилечь, но это было абсолютно не критично – Мэри чувствовала в себе резерв сил. И моральных, и физических.
- Завтра ты пройдешь на десять метров больше. Ясно? А послезавтра еще на десять. И так каждый день.
Лежа в постели, Мэри представляла, как эти десятки метров сливаются в полноценные стометровки, стометровки – в километры, и когда-нибудь она пройдет эти десять километров, просто ради приятной прогулки, никуда не торопясь, наслаждаясь своей молодой силой.