- Сперва я бы надрал уши идиоту, - буркнул Килликан. – Да, вы правы. Я бы поставил в известность предикторат. Без вариантов.
- Анархия, - презрительно сказала советник Мийота. – Студенческая вольница. Не пора ли покончить с ней? Я давно предлагала – нужны промежуточные отчеты. Хотя бы раз в декаду. Надеюсь, сегодня ко мне прислушаются?
Она предлагала, подумал Килликан. А мы были против. Это же творчество, вставали в позу мы. Какой тут может быть контроль, возмущались мы. Не позволим унизить наших учеников недоверием, бушевали мы.
Я всю жизнь считал предикторат сборищем тупых перестраховщиков. И оказался не прав. Если бы мы их послушались, если бы мы только их послушались! Этой трагедии просто не случилось бы.
И все равно я рад. Рад, что для мальчика, кажется, все обошлось.
- Полагаю, вы правы, советник Мийота, - кивнул председатель. – Ввиду особой важности, предлагаю вынести этот вопрос на внеочередное собрание.
- Чего там выносить? – крикнул кто-то. – Можно и сейчас все решить!
- А пока вернемся к работе Густлана Хиза, - не обратив внимания на выкрик, продолжал Салунк.
И замолчал, собрав лоб в глубокие складки. Он был явно чем-то недоволен. Чего он тянет, с тревогой подумал Килликан. Неужели еще какую-то пакость приготовил?
- Работа Густлана Хиза, - повторил Салунк и вздохнул. – Как вы понимаете, у нас было мало времени на анализ. Я сказал – мало? Я соврал – его не было вообще. Мы не имели никакой информации о Мэри Мак, не могли оценить ее психотип и составить достоверный прогноз. И поэтому вынуждены были обратиться… м-м-м… к нашим коллегам (кивок в сторону «призрака») с просьбой. С необычной просьбой, я бы сказал. Надеюсь, все присутствующие в курсе, что у наших… э-э-э… коллег очень своеобразные отношения со временем. Если упрощенно… очень упрощенно! – для них не существует прошлого или будущего. Для них время едино и неделимо, они могут двигаться вдоль временной оси в любую сторону. Точно так, как мы двигаемся в пространстве.
Ничего себе! – изумился Килликан. Наше будущее для них – открытая книга? Стало быть, будущее предопределенно и неизменно? Каждый наш шаг, каждый поступок… и никакой свободы воли? Что бы мы ни делали, о чем бы ни мечтали, это ничего не изменит? Килликан почувствовал себя букашкой, нанизанной энтомологом на булавку, и это было неприятно.
- … гораздо сложнее! Будущее поливариантно… хотя и ограниченно ключевыми точками. Миновать их мы не можем, но между ними вольны двигаться как угодно.
Прослушал, огорчился Килликан. Надо будет потом почитать что-нибудь по этому вопросу.
- Не есть доказать! – вскочил риддиец. – Морочить голова!
- Не думаю, - возразила Мийота. – Зачем им это надо – морочить нас? Скорее, мы просто не можем их понять. Отсюда ошибки в прогнозах. Но методика есть, и в большинстве случаях она работает.
Риддиец презрительно фыркнул.
- Два прогноз есть! Для мой раса. Все неправда есть. Сказать – мало данных. Морочить голова, - убежденно закончил он и с вызовом поглядел на «призрака».
Судя по всему, «призрак» остался равнодушен к выпаду.
- И, тем не менее, мы сочли возможным обратиться за консультацией. Нам нужен был хотя бы предварительный прогноз, отправная точка, от которой мы можем отталкиваться. И мы его получили. – Салунк пожевал губами, быстро взглянул на Килликана и тут же отвел взгляд. – Конечно, точность не стопроцентная… но мы обязаны принять во внимание любую вероятность…
Вот оно, похолодел профессор. Вот где главная пакость! Мальчишке, конечно, и в голову не пришло что-то там рассчитывать… да он бы и не смог, психокинетиков этому не учат… Для него главное – эстетика. Увидел подходящую модель, впечатлился… Да что он тянет? – с тоской подумал Килликан. Неужели все так плохо?
- Итак, прогноз по Мэри Мак – исходнику… Коллеги, все материалы я выложу в общий доступ Совета, позже можете ознакомиться. А сейчас я кратко. Около тридцати лет – попытка самоубийства. Неудачная, разумеется, на Дасаре психиатрия довольно развита. Потом – либо закрытая больница, либо монастырь. Ничем не примечательная жизнь и смерть от естественных причин в возрасте около пятидесяти лет.