- Какова вероятность того, что модификант окажет влияние на судьбу изобретателя? Вы просчитывали? Хотя бы приблизительно?
«От пятидесяти до шестидесяти процентов»
Зал взволнованно загудел, а у Килликана сжалось сердце. Высокий процент, очень высокий! Только… при чем здесь мальчик? Надо разбираться с самими дасарцами. С той же Мэри, например.
- Не вижу особых проблем! – заявила Мийота. – Запустим обратную модификацию, как в случае с рыцарем. Изобретателя, разумеется, трогать не будем – как я поняла, его идеи в будущем сослужат Дасаре хорошую службу.
«Это не решит проблему. Вероятность озвученного мною исхода уменьшится до десяти процентов, но не станет нулевой»
- Хотите сказать, дасарский модификант все равно станет богатым и знаменитым? – деловито уточнил тархон. – Даже будучи уродиной?
«Суда по психотипу, с вероятностью девяносто процентов»
- Талантливый мальчик, - саркастически заметил тархан. – Очень талантливый. И везучий. Это надо же ухитриться – из всего населения планеты выбрать именно форс-модель. Я в восхищении!
- Ваша ирония неуместна, - оборвал тархона председатель Салунк. – Безусловно, Густлан Хиз будет наказан, это даже не обсуждается. Но калечить ему жизнь мы не позволим. Это не тот случай.
- Дайте его мне, - тяжело поднялся мэтр Бертан. – Я запру его в своей клинике.
- Хорош наказание есть! – возмутился риддиец. – Лучший клиник на Зваре. Стремиться есть все туда!
- Я посажу его на задницы, - объяснил Бертоз. – На ягодицу – левую или правую, на ваш выбор. На ухо. На мизинец на ноге. Год, два… да хоть все пять. И никакой самостоятельной работы, никакой отсебятины – это я вам лично гарантирую. Заявляю официально – я готов нести персональную ответственность за Густлана Хиза. Это будет отличным уроком для молодого придурка.
- Мы – против! – подал голос молчавший до сих пор киноид. – При голосовании наша раса поддержит тархонов.
- Кто бы сомневался, - буркнула Мийота. – Господин председатель, предлагаю вопрос по поводу Хиза вынести на дисциплинарную комиссию. Это выходит за рамки нашей компетенции.
- Согласен! Тем более, что у нас есть другая проблема – модификант Мэри Мак.
- Уничтожить! – крикнул тархон. – Немедленно!
- Почему же сразу – уничтожить? – возразил кто-то. – Вы же слышали – обратная модификация уменьшит угрозу…
- Вот именно! Уменьшит! Но не устранит ее полностью!
- Красавица вновь стала чудовищем? Не знаю, как вы, коллеги, но я бы предпочла смерть.
- Мы не можем рисковать будущим двух цивилизаций!
- А кого назначим в убийцы? Может, есть добровольцы?
- Коллега, не передергивайте, пожалуйста. Есть определенные службы, есть специалисты…
Профессор Килликан уменьшил звук и откинулся на спинку кресла. Он чувствовал огромное облегчение. С мальчиком все будет в порядке, обязательно будет в порядке. А остальное неважно.
Глава 12
- Пожалуйста, можно автограф?
Взволнованная и смущенная, горничная протягивала Мэри книгу. Книга была основательно зачитана, и это почему-то тронуло Мэри до глубины души.
- Конечно!
Расписываясь на заботливо подклеенном форзаце, Мэри сама была смущена не меньше девушки. Она никак не могла привыкнуть к своей известности и всегда терялась, когда ее узнавали. Не то, что Поль – этот просто наслаждался публичностью. Веселый, дерзкий, обаятельный, он не пропускал ни одного мало-мальски значимого мероприятия, ни одной богемной тусовки, мгновенно становясь своим в любой компании. А еще он всюду таскал за собой Мэри, и это порой доводило девушку до отчаяния. «Иди один, - много раз говорила она. – Я-то тебе зачем? Ты же знаешь, я не люблю всего этого. Мне там плохо». Но Поль был непреклонен – они партнеры, творческий тандем, успешный и известный, и должны быть вместе. Всегда и везде.
Они познакомились семь лет назад: начинающий режиссер и начинающая писательница, и Поль сразу взял быка за рога. У тебя две книги, сказал он. Этого мало. Пиши третью, и я сниму фильм. Это будет бомба. Мы станем богаты и знамениты. Согласна?
В то время Мэри работала техником-корректором в Квебекском музее этнографии – не бог весть что, но она была довольна. Денег хватает, времени свободного много – чего еще желать? И на предложения Поля она согласилась скорее из любопытства. Деньги и слава ее не прельщали, а вот возможность получить новый жизненный опыт показалась заманчивой.