– Успокоилась? – спросила Рэйвен. Я пожала плечами.
– Относительно. Но истерика помахала ручкой, поэтому можешь не волноваться на этот счёт.
Рэйвен издала смешок, и мои губы тоже слабо изогнулись в подобии улыбки. Я подняла голову и выпрямилась, развернувшись к сестре.
– Значит, ты больше не Рэйвен Скотт, мечта холостяков?
– Кэтти, скажешь тоже, – улыбаясь, отмахнулась девушка. – Но да, ты права. Теперь я Рэйвен Уэйд.
Я округлила глаза. Конечно, многие вещи могут не меняться, но ничто так не склонно к переменам, как человеческие чувства. Когда я была подростком, мои подружки меняли бойфрендов, как перчатки. Конечно, в более взрослом возрасте всё воспринимается гораздо серьёзнее, однако не все люди понимают, что отношения — это кропотливый труд, с которым не каждый может справиться.
Моя мама однажды сказала: «Представь, что отношения — это яблоневое дерево. Если ты отдаёшь достаточно сил и времени, заботясь о нём, то плоды этого дерева будут красными, сочными и вкусными. Если нет — они сгниют, и дерево умрёт.»
Если бы Рэйвен была садовником, её сад пылал бы огромным количеством всевозможных цветов. Конечно, исключая кактусы — те, что у нас в доме, наверное, решили покончить жизнь самоубийством, и никакие попытки сестры помочь им вновь радоваться жизни не убедили их.
Дамиан же всегда казался мне немного ветреным, особенно когда он являлся лучшим другом Брэндона Купера, а зная повадки Купера, я вполне могла предположить, что его друг не далеко ушёл. Конечно, он спас мою сестру с «адского бала-маскарада» в доме Бейкера и не сдал меня Брэндону, узнав мою подноготную в виде Фиби-Кошки, но тем не менее…
Теперь Рэйвен его жена. Жена. Я прокрутила это слово у себя в голове, но моя сестра никак не ассоциировалась у меня с носительницей этого определения, и уж точно я не представляла, как кто-то может называть её «мамой». На этом слове моё сердце запнулось. Не только Рэйвен стала матерью, но и Катарина Дерри стала тётей.
– Расскажи мне всё, – попросила я, сжав ладони сестры. – Всё, что было.
Рэйвен ласково мне улыбнулась.
– Предлагаю сделать новые порции чая и кофе и снова прийти сюда. Рассказ будет долгим.
Я согласно кивнула. Сестра обняла меня и поцеловала в висок.
– Я бесконечно счастлива, что ты вернулась, милая.
– Я тоже, – мои глаза закрылись, и сердце наконец-то утихомирилось. – Я тоже.
Брэндон.
– Мистер Купер, – в дверь аккуратно постучались, затем на пороге моего кабинета возникла секретарша. – К вам посетитель.
– Элис, я, кажется, говорил, на сегодня отменить все посещения, – процедил я, не отрываясь от компьютера.
– Но… Это Дамиан Уэйд, сэр.
Наконец-то. И года не прошло.
– Пусть зайдёт. И принеси нам два кофе.
– Поняла, сэр.
Дверь распахнулась шире, и в кабинет вошёл Дамиан с папками в руках. Подойдя к моему столу, он с громким шлепком опустил их на гладкую поверхность.
– Добыл всё, как ты и просил, – сообщил друг и уселся в кресло напротив.
Я потёр ладонью лоб, оглядывая развалившуюся стопку.
– Это точно всё?
– Обижаешь, – шутливо надул губы Дамиан.
– Просто хочу удостовериться, – невозмутимо сказал я, затем взял одну из папок и раскрыл её, пробежался глазами по первой странице, потом откинул в сторону.
– Нет?
– Нет.
– Вот скажи мне, какая разница, где строить этот треклятый ресторан, если мест более чем достаточно? – фыркнул Дамиан. – Тебе и так принадлежит половина этого города.
– Больше, чем половина, – я взял вторую папку и снова отшвырнул. – Не то.
Судя по вздоху, Дамиан закатил глаза.
– Создаёшь себе головную боль на ровном месте.
Вошла секретарша с подносом, на котором красовались две чашки с кофе, сахар, сливки и вазочка с конфетами и печеньями.
– Умный? – рыкнул я, и поднос, поставленный на стол, тревожно зазвенел. Я поднял взгляд и внимательно посмотрел на девушку.
– Простите, – опустила глаза Элис, быстро развернулась и вышла. Занервничала, бедняжка. Знает ведь, на кого работает.
Своих подчинённых за четыре года я жёстко вышколил, многих пришлось уволить. Больно расслабились за время «правления» моего отца. Теперь меня боятся далеко за пределами корпорации. Боятся, может, даже ненавидят. Называют демоном без души. Но ходят по струнке, как и полагается. А как иначе? Разве смог бы я вывести компанию на мировой уровень без жёсткости? Удивительно, как отец ещё мог удерживать её на плаву с таким-то халатным отношением к работе. Чёртов ублюдок.
– Брэндон, не кипятись, – Дамиан взял чашку с кофе и сделал глоток. Поморщившись, поставил напиток обратно на поднос, пробурчав: – Ну и дрянь.