Под моим пристальным взглядом девушка вздрогнула и нахмурилась, едва слышно пробормотав:
– Даже во сне ты не можешь оставить меня в покое…
Я позволил себе улыбнуться уголками губ. Как мило.
Я не совру, если скажу, что был удивлён, увидев на камере уличного видеонаблюдения Катарину. Во-первых, потому что знал, как сильно девушка противится всякого рода вечеринкам. Во-вторых, даже если она вдруг решила потусить, почему выбрала именно «Феникс»? Знала ли она, что клуб принадлежит мне? Во всяком случае, я ей об этом не рассказывал. Вряд ли она была в курсе, в противном случае обходила бы это место за километры.
Изначально я не планировал появляться на глазах Катарины. Однако стоило увидеть, как эта маленькая язва оголяется на глазах у кучи народа, как внутри меня поднялась злость и желание убить всех смеющих глазеть и желать того, что принадлежит мне. Особенно придурка Роберта. Надеюсь, ему понравился новый имидж: фонарь под глазом теперь отлично может освещать путь, по которому я его послал.
Мы с Кэтти не виделись достаточно долгое время после тех самых гонок. Не знаю, как мне удалось сдержаться и не убить Рича, из-за которого Катарина могла погибнуть. Я ограничился только тем, что на долгое время приковал этого мудака к больничной койке. Не сказать, чтобы меня это полностью удовлетворило.
Во мне громко говорили сомнения и подозрения. Катарина стала другой. Слишком другой. Раньше она себя так не вела. Я провёл огромное количество времени, размышляя и пытаясь сопоставить хоть что-то, чтобы найти логичное объяснение всему, но так и не смог. Мне было бы намного легче, если бы я знал прошлое Катарины. Оно не было радужным, это я уже давно понял. И отчего-то и Рэйвен, и Кэтти яростно оберегали его. Я понял, что побег Кэтти не был случайностью. И её письмо тоже. И слова Пикселя перед смертью тоже неспроста. Но если Катарина как-то связана с бандитами, то каким образом? На все эти вопросы у меня не было ответа. Зато было чувство, будто я упускаю что-то очень важное, что-то ключевое, что-то, что находится совсем близко.
Но чёртово слово, данное мною… Я не мог его нарушить. Просто не мог.
Посмотрев на часы, мерцавшие на приборной доске, я понял, что пора домой. Выйдя из машины, достав обмякшее тело девушки и покрепче обхватив её, я направился к дверям, услужливо распахнутым любезным швейцаром. Кэтти комфортно устроилась в моих руках, не протестуя и всё так же пребывая в крепком сне. А я…
Моё сердце колотилось, как бешеное. Я знал, что стоит Кэтти проснуться, как сразу начнётся ругань, но теперь, видя, как её хрупкие руки сжимают мой пиджак, и как она доверчиво прижимается ко мне, я также понимал, что ради таких моментов я вполне способен терпеть весь её гнев и язвительность.
Так что сейчас позволяю себе наслаждаться ощущениями, которые в любой момент могут стать последними, стоит только девушке распахнуть глаза.
Катарина.
М-м-м, воды-ы-ы-ы!
Я попыталась открыть глаза, но не смогла. В голове шумело, во рту была пустыня, а в ушах долбили отбойные молоточки.
«Никогда больше не буду пить!»
С трудом заставив тело двигаться, я приподнялась, но рука, лежавшая на моей талии, не дала мне встать.
«Рука?!»
Глаза тут же широко распахнулись, а в черепной коробке вспышкой мигнула боль. Я повернула голову, уже зная, что́ увижу. Точнее, кого.
Брэндон мирно спал, чуть приоткрыв рот. Я аккуратно приподняла его руку и выскользнула из постели. Чёрт побери, где моя одежда? На мне была длинная футболка и бельё. Надеюсь, Купер не воспользовался моим состоянием и не…
–Куда-то собралась? – раздался сзади сонный голос. Я вздрогнула: ну, конечно, предполагать, что этот паршивец спит, было плохой идеей.
– Где мои вещи? – рыкнула я, морщась от головной боли. Брэндон ослепительно улыбнулся, и я на миг замерла от этой улыбки. Какой же он красивый!
– Поищи, где-то должны быть.
– Какого чёрта ты меня раздел?
Брэндон приподнялся. Одеяло сползло, являя моему взору мощную грудь. Внизу живота снова клубком свернулась сладкая боль желания.
–Я? Ты сама себя раздела, я тут ни при чём.
Издевается, козёл.
– Ты что, воспользовался моим состоянием? – гневно спросила я. Брэндон принял вид несправедливо оскорблённого человека.
– Я похож на некрофила?
– Что ты несёшь? – воскликнула я. Брэндон ухмыльнулся.
– Ты была похожа на труп, пьянь.
– Я не пьянь! – возмутилась я. Всего-то несколько глотков виски! Ощущение, правда, словно бутылку выпила, но об этом я говорить не буду — точно засмеёт.