– Всё готово, сэр, – в кабинет бесшумно вошёл человек и почтительно наклонил голову.
– Прекрасно, – голос черноволосого был командно-сухим. – Машина должна быть подана к её дому ровно в семь, и ни минутой позже. Проследи. Обо всём докладывать мне.
– Да, сэр, – мужчина вышел.
Стакан с виски был поставлен на небольшой столик, а мужчина сел в кресло за письменный стол, достал из глубины ящика фотографию и принялся молча разглядывать её.
Если бы кто-то в данный момент мог видеть в глазах Брэндона Купера (а это был именно он) такую нежность, обращённую на фотографию стройной, смеющейся блондинки, вряд ли бы поверил, что это тот самый грозный босс, которого боятся все и вся.
«Ты — моя слабость. Из-за тебя я уязвим. Только ты имеешь надо мной власть, любое твоё слово, любое действие, даже взгляд…»
Чёрт побери, он был прав. Он всегда был прав.
«Моя жизнь и моя погибель.»
Вряд ли Катарина, в данный момент стоявшая перед большим зеркалом, поправлявшая шлейф платья, могла подумать, какую бурю внутри Брэндона вызывает всего одна её фотография, случайно сделанная пять лет назад. И, хотя в душе девушки было подозрение (а может, даже неосознанное и глубокое желание), что таинственным незнакомцем является именно тот мужчина, разжигающий пожар в её жизни и в сердце, вряд ли она до конца верила в то, что это может оказаться правдой.
Честно говоря, Кира была благополучно забыта в этот вечер. Все мысли мужчины занимала лишь одна красноволосая и зеленоглазая девушка.
– Скоро, – уголками губ улыбнулся Брэндон, осторожно погладив пальцем глянцевое лицо.
* * *
– Машина ждёт, Кэтти, пора, – Рэйвен сунула голову в мою комнату. Я стояла перед зеркалом, осматривая себя. Каждый раз, когда на мне вечернее платье, я словно переношусь в прошлое. Конечно, в том возрасте, в каком я была десять лет назад, я не надевала такие платья, но вечеринки посещала очень часто, и наряды были похожие.
Сестра проводила меня, чмокнув в щёку и в очередной раз умилившись тому, как очаровательно я выглядела. Когда сестра напомнила, что за мной пришлют машину, у меня возник закономерный вопрос: «Куда я направляюсь?»
– У Саймона Бисли, одного из учредителей фонда помощи попавшим в финансовые трудности, недавно родилась дочь, – улыбнулась Рэйвен, поправляя шлейф моего платья. – И он решил закатить по этому поводу маскарад.
Помнится, побывала я уже однажды на маскараде, и чем это закончилось? Видимо, в моих глазах сестра уловила долю страха, потому что сжала мои ладони:
– Кэтти, всё хорошо. Прошлое — это прошлое.
Рэйвен ослепительно улыбнулась, вручила мне сверток — по всей видимости, подарок для новоиспеченного отца и его семьи — и отправила меня к машине. Молчаливый водитель услужливо распахнул передо мной дверь. По дороге в назначенное место, пока я натягивала маску на лицо, не могла отделаться от мысли, что Золушка — та, которая в сказке, — должно быть, чувствовала себя тоже немного неуютно со всеми этими…почестями. Платье, машина — всё это странно. Надеюсь, прибыв на место, я смогу прояснить ситуацию.
Особняк на Пасифик-Хайтс на первый взгляд ничем не отличался от остальных, поражающих взор своей роскошностью, домов. Но выделялся издалека разноцветной иллюминацией. Подъехав к воротам, машина мягко остановилась, а через несколько мгновений дверь передо мной раскрылась. Водитель, всё так же не говоря ни слова, галантно подал мне руку, помогая выйти из автомобиля, затем я осталась одна, лишь за спиной по гравию шаркнули шины уезжающей машины. Из особняка доносилась музыка, повсюду витали запахи элитного алкоголя и дорогого парфюма, слышался смех и везде бродила разношерстная толпа. Похоже, вечеринка была в самом разгаре. Пройдя в холл особняка, я вручила подарочный сверток одному из швейцаров и направилась в огромный танцевальный, по всей видимости, зал, почему-то застыв на пороге. На импровизированной сцене в дальнем конце зала рыжеволосый парень в изумрудной маске старался во всю мощь лёгких, а затем (видимо, я застала конец песни), ритм замедлился, и половина парочек вышла на танцплощадку. Я ловила на себе взгляды — заинтересованные, липкие, жадные, любопытные, восхищённые, иногда ревнивые, но отказывалась от любого предложения утащить меня танцевать. Конечно, моё появление не осталось незамеченным — длинные красные волосы, пусть и завитые в упругие локоны, прямая спина, расправленные плечи… Сестрёнка Рэйвен Уэйд пожаловала. Теперь я и впрямь чувствовала себя Золушкой, заявившись в самый разгар вечера.