Представила лицо Купера, узнаю́щего о новой сотруднице по имени Катарина Дерри, и чуть не расхохоталась. Посмотрела бы я на эту картину, ох, посмотрела бы. Однако…
– Я подумаю, – улыбнулась я, не став сразу отказываться. Пусть это будет запасным вариантом. Всякое ведь может произойти, да?
Сара улыбнулась в ответ.
– Хорошо. Буду рада тебе в любое время, а сейчас, – девушка встала, пригладив фартук. – Пора работать.
Пока мы болтали, кафе постепенно наполнилось людьми, стало шумновато, и мне захотелось на свежий воздух. Я тоже поднялась.
– А мне пора идти.
Сара быстро обняла меня и улетела принимать заказы. Я ещё раз окинула взглядом кафе и вышла на улицу, где меня сразу же окутал влажный холод вперемешку с туманом. Вопреки несносной погоде, я решила дойти до дома пешком. Плотнее запахивая пальто, побрела вдоль улиц, изредка останавливаясь и оглядываясь. Ощущение чьего-то пристального взгляда не покидало меня, и спину то и дело обдавало мурашками. Достав телефон, я набрала сестру. Та ответила практически сразу после первого гудка.
– Кэтти, милая!
– Привет, Рэйв, – я обходила лужи, изредка содрогаясь, если ветер заползал под пальто, кусая холодом кожу. – Как дела?
– Как обычно, горы работы, – усмехнулась сестра, а затем спросила: – Может, приедешь к нам? Итан всё спрашивал про тебя…
При упоминании моего племянника улыбка сама вылезла мне на лицо. Я проводила с ним достаточно много времени, и всё же мальчик явно скучал по мне, когда меня не было рядом. Но на сегодня у меня уже были планы.
– Прости, Рэйв, давай завтра? – сказала я. Сестра вздохнула, но согласилась. Чувствую, была бы её воля, она бы заставила меня переехать к ним, чтобы бдеть за своей непоседливой младшей сестрой и днём, и ночью. Заманчиво, конечно, но мечты о спокойной семейной жизни придётся отложить на неопределённый срок. Нельзя строить иллюзию мира, пока ты находишься в состоянии войны.
Поговорив ещё немного, мы распрощались. Я уже стояла возле своего дома, покусывая губу.
За всё это время Купер ни разу не объявился, что было совершенно нетипично для него. Я ходила на цыпочках, пугаясь каждого телефонного звонка, боясь, что мужчина без труда найдёт меня, но его молчание длилось уже месяц, и я позволила себе потихоньку расслабиться. В конце концов, почему он должен искать меня, если у него в жизни всё стабильно и всё так, как нужно?
«А действительно ли у него всё так, как нужно?...» – проплыла в мозгу мысль.
А вот это уже не моё дело. Пусть лучше Брэндон держится подальше от меня — целее будет. А я…
Что ж, я так привыкла выживать, что справлюсь и с этим. Подумаешь, разбитое сердце, которое, между прочим, я сама и разбила. Чепуха какая.
«Просто признайся, что ты скучаешь по нему», – вслед за первой мыслью проплыла вторая.
Наверное, следует быть честной хотя бы с самой собой? Скучаю. Да, скучаю, как безумная скучаю, особенно здесь, в Сан-Франциско, имея возможность встретить мужчину в любой момент. Как же мы всё-таки близко и одновременно далеко…
Мне настолько хотелось увидеть Купера, что сегодня утром в голову влетела шальная мысль. Кажется, пора сыграть несколько другую роль.
Брэндон.
Месяц отсутствия в Сан-Франциско более-менее благополучно сказался на мне. По крайней мере, я перестал душить самого себя ненужными воспоминаниями и мыслями. Поездка в Северную Каролину была совершенно незапланированной, но, как оказалось, очень нужной, особенно для моего внутреннего состояния после встречи с Катариной Дерри. Сейчас я, по крайней мере, мог произносить её имя без угрозы получить тахикардию.
Из аэропорта пришлось заехать в офис и подписать пару бумаг, а затем, раздав указания на грядущую неделю, я вышел из здания корпорации и почему-то направился в ближайший парк. Декабрь в начале своего правления что-то сильно разбушевался: тучи, предвещающие снег с дождём, повисли над городом, а дорога превратилась в сплошные лужи. Несмотря на противные холодные капли и норовивший заглянуть под пальто ветер, я сидел на одной из многочисленных скамеек, курил и думал о своём, пока внезапно об мой затылок что-то не шмякнулось и не упало на землю.
Яблочный огрызок. Очень смешно.
Я потёр голову и огляделся в поисках смельчака.
– Эй, смертник, – мой злой рык эхом отскочил от деревьев. – Выходи сюда. Быстро!
Едва слышный шорох в темноте — и в меня снова полетел огрызок. Я уклонился от снаряда и пришел в бешенство. Чёрт, мало того, что я был вынужден вернуться привычную, но так надоевшую среду обитания, так теперь ещё и терпеть чьё-то издевательство?