– Прошу меня извинить, мне почудилось, что это прополз большой и мерзкий таракан, – с нажимом произнеся последнее слово, многозначительно глядя на меня, заявила Кэтти. – Продолжайте, пожалуйста, – девушка мило улыбнулась, склонила голову в вежливом жесте, коснулась ладонью Джареда, который изогнул бровь, молча взирая на происходящее, встала и быстро вышла из зала.
– Кажется, она немного того, – шёпотом сказала Кира, касаясь губами моего уха. А я, оправившись от первоначального шока, уже был близок к тому, чтобы улыбнуться.
Нет, Катарина никогда не была того. Она всегда была именно такой: импульсивной, задиристой, ехидной. И в глубине души я был доволен тем, что на несколько секунд мне удалось вызволить настоящую Кэтти наружу.
Катарина.
«Подстилка больничная.»
Чёртов ублюдок, хамло ползучее!
Я ходила взад-вперёд, заламывая руки в попытках успокоиться. Девочка, сидевшая внутри меня, сжимала кулаки, приговаривая: «Врежь ему. Врежь ему. Врежь ему.» На какой-то момент я даже пожалела, что не вонзила нож Куперу прямо в грудь, в левую сторону, где должно быть сердце, которого у него, наверное, уже не было.
В вечерних сумерках, окутанных туманом и шумом океанских волн, набегавших на каменистый берег, дышать стало легче, но ненамного. Я терпела все эти обидные слова, которые Брэндон мне говорил и писал, я терпела его прикосновения к… как её, Кира? Плевать. Я терпела и старалась не замечать его взгляды, направленные на меня. Но это я стерпеть уже не смогла. В конце концов, у меня тоже есть гордость, пусть и изрядно повалявшаяся в пыли.
«Я растопчу тебя.» Ха! Не на ту напал, золотой мальчик. Всему есть предел. Я знаю, что виновата перед тобой, но это не повод настолько опускать меня, особенно учитывая тот факт, что ты и сам далеко не ангелочек.
За спиной прохрустела галька, и я резко обернулась, вскинув кулак:
– Чеши отсюда, иначе, клянусь, ты пожалеешь, что вывел меня из себя!
Брэндон (а это был именно он, кто бы сомневался), сунув руки в карманы пиджака, пожал плечами.
– На это и был расчёт.
– Ч…что? Ты специально писал мне всё это дерьмо, чтобы разозлить?
От такой наглости у меня даже дыхание перехватило, а этот гад ещё и кивнуть умудрился.
– Ну, знаешь…
Я направилась обратно к ресторанному комплексу, сильно толкнув мужчину плечом, не обратив внимания на свою собственную, противно занывшую конечность.
– И куда ты снова побежала? – в голосе Брэндона мелькнула усталость.
– Спасаю твою никчёмную жизнь, потому что я как никогда близка к тому, чтобы закопать тебя прямо здесь, козёл, – выплюнула я, не оборачиваясь и продолжая путь.
– Что, бежишь в объятия своего парня? – ставший злым голос не отставал. Я развернулась и показала Куперу неприличный жест, добавив:
– Слава богу, есть к кому бежать.
Наверное, я не хотела этого говорить, просто вырвалось. Но что сказано, то сказано, и обратно слов не вернёшь.
– И что, чем он лучше меня? – злобно спросил Брэндон, тут же сокращая расстояние и хватая меня за многострадальный локоть. Дебильная привычка собственника, как всегда, сразу дала команду «фас» моей внутренней Кошке.
– Убери грабли! Он не такой, как ты, – выплюнула я, пытаясь освободить руку, но куда там — мужчина держал мой локоть так сильно, что теперь точно останутся синяки. – Отпустил меня, быстро!
– Что, у него денег больше? – ехидно спросил Брэндон, притягивая меня к себе. – Решил пригреть бедную-несчастную девочку-официантку? Или ты теперь у нас высокомерная особа, знающая себе цену?
– Придурок! – оскорбилась я.
– Сама дура! – вызверился Купер. – Какая ты, однако, хитрая стерва, Дерри. Спишь с одним, затем крутишь с другим. Может, и третий уже на горизонте маячит?
– А ты ничем не лучше! – со злостью выкрикнула я, смотря в чёрные, бушующие глаза. – У меня по крайней мере нет обязательств ни перед кем! А ты как-то сразу забываешь о своей невесте, когда смотришь на меня! И не только смотришь!
– И тебе это нравится, – самодовольно произнёс Брэндон, посмеиваясь. Однако глаза у него были ледяные и злобные. – Признай, тебе нравятся мои прикосновения. Они доставляют тебе удовольствие, хоть ты и твердишь обратное.
– Ты несёшь какую-то фигню, Купер, – воскликнула я, отталкивая Брэндона, но с таким же успехом можно было толкать бетонную стену. – Я в последний раз повторяю: отпусти меня, иначе…