Внутри меня поднялась волна возмущения. Да как он смеет!
– Успокойся, – во мне заговорила Кошка, и я поняла, что в кафе царит полная тишина. Работники молча стояли, прислушиваясь ко мне. Я окинула их взглядом: ошарашенные, не знающие, как им дальше быть. Ну, Купер, я тебе устрою!
Сара подняла голову, и в её глазах слабо загорелась надежда. Я стукнула кулаком по столу. Теперь понятно, почему бывшая напарница так обрадовалась моему появлению — по всей видимости она верила в то, что я могу как-то повлиять на Купера. В иной день я бы посмеялась эдакому умозаключению, но сегодня всё иначе. Видимо и вправду людской жизнью управляют боги, раз завели меня сюда именно сегодня и именно сейчас. Значит, я должна помочь. Пока не знаю, как. Но желательно, чтобы Купер ко мне прислушался, иначе я ни на что не посмотрю и прострелю ему какую-нибудь важную часть тела прямо на глазах у всех.
Брэндон.
Идею снесения «Шести хот-догов» я вынашивал в голове достаточно долгое время. Несколько месяцев в мыслях крутился вопрос, где можно было бы построить отель для участников международных конференций, чтобы совмещать отдых с деловым общением. Думая о Катарине почти все 24 часа в сутки, я вдруг вспомнил об этом кафе, служившим болезненным напоминанием о прошлом, в котором мне удалось урвать кусочек нормальной, счастливой жизни. Помнится, я уже хотел снести его, но потом почему-то передумал, сделал там ремонт и нанял других людей на работу. Теперь же я был преисполнен уверенности в том, что другого идеального места для отеля мне не найти, и что удастся избавиться хоть от одной вещи, которая возвращала меня на пять лет назад.
Я стоял рядом со своей машиной недалеко от кафе, вокруг меня жужжала вся необходимая техника для сноса, толпились люди: полицейские (на случай непредвиденных обстоятельств), совет директоров, строители и просто зеваки, захотевшие посмотреть на бесплатный цирк.
– Всё готово, мистер Купер, – запыхавшись, подбежал ко мне главный подрядчик. Я лишь кивнул, не обращая на него внимания. Мой взгляд был устремлён к кафе, возле входа которого толпились работники. Упрямые трутни, ждущие чуда.
Я усмехнулся. Чудес не бывает. Боги, насколько же люди упрямы, ведь я же передал через своих людей, что выплачу компенсацию в двойном размере. Чего они ждут? Того, чтобы провести весь день в полицейском участке? Не самая лучшая идея.
– Начинайте.
Мой голос сух и безэмоционален. Именно таким голосом я всегда разговариваю с подчинёнными. Никому не показывать своих слабостей.
Полицейские вместе с несколькими из совета директоров направились ко входу в кафе. Однако работники даже не пошевелились, будто собрались грудью отбивать место работы. Я сузил глаза, думая о том, чего их упрямство будет мне стоить.
И вдруг из толпы людей вышла хрупкая фигурка. Я замер, словно на меня вылили ведро ледяной воды.
«Что тут делает ОНА?!»
Катарина с высоко поднятой головой шла прямо навстречу полицейским, сжав хрупкие руки в кулаки. Её красно-рыжие волосы развевались на зимнем ветру алыми змейками.
«Смешно, – ухмыльнулся Зверь внутри, с интересом принимаясь наблюдать за разворачивающейся картиной. – Избавляясь от болезненного напоминания о своём прошлом, ты, кажется, можешь уничтожить и само прошлое.»
А к девушке тем временем подошёл один из полицейских, сжимающий в руках дубинку. Катарина сердито посмотрела на него и принялась что-то выговаривать. Мужчина молча принялся толкать девушку, и та повысила голос, но отсюда мне ничего не было слышно. Только было понятно одно: мой приказ будет исполнен, и неважно, какой ценой. Даже если для этого полицейским придётся применять суровые действия.
«Чёртова сумасбродка!»
– Стоп, – прорычал я стоящему рядом заместителю директора строительной фирмы, выполняющей мои пожелания. – Отзови их.
– Но, сэр, вы же…
– Я сказал, выполнять! – рявкнул я, сжав кулаки, и люди, окружавшие меня, побелели от страха и отшатнулись. Заместитель пулей помчался ко входу в кафе, отчаянно размахивая руками.
«Думаешь, победила? Как бы не так, милая. Ты ещё пожалеешь об этом.»
В голове моментально созрел план.
– Без меня ничего не предпринимать, – ледяным тоном сказал я и двинулся к застывшей толпе, из которой то и дело раздавался звонкий и злой голос Катарины. Полицейские, заметив меня, сразу расступились, давая мне пройти, затем круг снова замкнулся за моей спиной, и вот через несколько мгновений я уже стоял перед Кэтти, борясь с внутренним желанием надавать ей пинков и оттащить подальше от любопытных глаз. В толпе наступила мёртвая тишина, и теперь меня было слышно всем в окружении нескольких метров.