– Я увольняюсь, ясно тебе?
– Поубавь свой пыл, детка, – прошипел я, внутри забавляясь рассерженным видом девушки, зная, как она бесится, когда я называю её так. Слова про увольнение я предпочёл проигнорировать.
– Да иди ты! – Катарина отвернулась и направилась к автомобилю, стоявшему неподалёку. Я сделал несколько шагов вдогонку. Расстояние между нами и машиной сокращалось. Внезапно интуиция внутри меня снова проснулась и нервно заметалась по углам. Я резко остановился. Что-то явно было не так.
– Катарина, стой.
– Отвали.
– Стой, я сказал! – уже громче крикнул я, спеша к девушке. Та развернулась и продемонстрировала мне средний палец.
Раздался оглушительный взрыв, и нас накрыло темнотой.
* * *
Гул в ушах нарастал, а ноздри учуяли тошнотворный запах горелого металла и пластика. С усилием приоткрыв веки, я сначала не увидел ничего, кроме цветных точек, пляшущих передо мной какой-то бешеный танец. Заставив себя сфокусироваться, я шире распахнул глаза и слабо выдохнул.
Дым. Черный, вонючий, проникающий в горло, заставляя неистово кашлять и требовать хотя бы глотка свежего воздуха. Застонав, я кое-как поднялся на ноги, шатаясь из стороны в сторону, как пьяный. Голова трещала и жутко хотелось пить.
«Что произошло?»
Последнее, что я помнил перед тем, как меня поглотила вязкая тьма, — дерзко выставленный в мою сторону средний палец моей секретарши.
Я застыл, словно меня окатили ледяной водой.
«Катарина!»
Взрыв. Это был взрыв. Кто-то подложил взрывчатку в мой автомобиль.
– Катарина! – крикнул я, рукой разгоняя клубы чёрного дыма, валившего от горящей машины. И, хотя я стоял достаточно далеко от неё, в пределах моей вытянутой руки ничего не было видно.
«Сколько же взрывчатки надо было заложить?...»
Чёрт. Нет. Сейчас не это главное.
Я почувствовал, как меня наполняют два самых противоречивых чувства: ярость и страх.
– Кэтти! – снова крикнул я, наощупь пробираясь вперёд. Ответом мне был лишь треск огня и вой сирен где-то неподалёку.
– Чёрт!
Моя нога вдруг что-то задела, и я устремил взгляд вниз. Для этого пришлось наклониться почти к самой земле. Увиденное повергло меня в неописуемый ужас.
– Кэтти! – я схватил лежавшую без сознания девушку под мышки и поволок прочь от смертельной ловушки, в которую мы чуть было не угодили, и только моя интуиция…
«Поздно сработала», – закончил за меня хриплый от волнения и страха голос где-то на задворках сознания.
Я помотал головой. Не время вступать в дискуссии с голосами в голове. Главное — свалить отсюда подальше.
– Потерпи, милая, – шептал я. – Сейчас всё будет в порядке…
Девушка едва слышно застонала, и я заскрежетал зубами. Чёрт возьми, я ведь даже не посмотрел, какие у неё раны. Мало ей одной мигрени, так теперь ещё и это…
Через минуту мы уже оказались в пределах больницы, из которой выбегали люди, чтобы оказать нам помощь.
– Я сам! – отмахнулся от бледных от страха медсестёр и врачей, предлагающих занести Катарину в холл. – Нам нужна палата, срочно. И… как его… Джаред, позовите Джареда, он у вас работает.
– Он уже идёт, сэр. Сюда. Проходите, пожалуйста. Какой ужас, какой кошмар…
Все эти причитания порядком действовали мне на нервы, и, хотя я сам был до смерти напуган, сейчас меня волновало только обездвиженное, чёрное от копоти тело девушки на моих руках. При ярком свете, больно резанувшем взгляд, я увидел, что Кэтти чудом не получила серьёзных ран: всего лишь ссадины, кровоподтёки и рассечённый затылок.
«Удивительная девушка, которая побывала практически вплотную к взрыву и так легко отделалась», – снова завёлся голос в голове.
«Плевать», – мысленно рыкнул я. – «На её теле никогда не должно быть ни царапины!»
Аккуратно положив девушку на больничную койку, а затем промыв лицо Катарины водой, которую быстро доставили услужливые медсёстры, я легко потряс Кэтти за плечи:
– Очнись, ну же!
Веки Катарины затрепетали, она сделала глубокий вздох и закашлялась, открыв глаза, в которых сосредоточилось полнейшее замешательство.
– Вот, – я прислонил стакан с водой к её дрожащим, пересохшим губам. – Выпей.
Девушка послушно сделала глоток, всматриваясь в моё лицо. Затем снова вздохнула и кашлянула:
– Мы оба в аду, да?
Я невесело усмехнулся.
– Полагаю, мы в одном котле, милая.
Вид Катарины, находящейся в сознании и даже способной шутить, пусть и глупо, вызвал у меня тонну облегчения, потому что при одной мысли о том, что я мог запросто потерять девушку, находясь в нескольких метрах от неё, хотелось сдохнуть. В палату шумно залетел Джаред, сразу бросившись к Кэтти и обнимая её.