– Дрянь! Какая же ты дрянь! – стучащими зубами цедила я самой себе под нос, обхватив плечи руками и раскачиваясь взад-вперёд. – Бросила всех, кто всегда был тебе близок, кто заботился и любил тебя, идиотка! Жила себе, не волнуясь о том, что происходило с ними! Что происходило в их жизнях!
Новости, услышанные от сестры, так сильно ранили и без того раздробленную душу, что мне хотелось взять пистолет и выстрелить себе в какое-нибудь важное место на теле.
Не убить. Нет.
Я хохотнула, чувствуя приближение бурной истерики. Убить — это слишком легко для такой, как я, а мои поступки и их последствия заслуживают того, чтобы чёртова Фиби-Кошка помучилась ещё сильнее.
– Паршивая ты эгоистка, Катарина Дерри, – с титаническими усилиями подавляя подступившую истерику, всхлипнула я, утирая кулаком слёзы, которые всё катились и катились. Как я отвыкла от таких эмоций. Ещё совсем недавно скованная льдом, теперь я чувствовала, как он тает, превращаясь в солёный океан на моём лице, коленях и руках.
«Если бы слезами можно было всё исправить, мир бы захлебнулся...»
Сзади раздались шаги, и на мои плечи опустился мягкий плед. Рэйвен присела на стоящее рядом кресло и обняла меня.
– Не надо, Рэйв! – я попыталась отодвинуться, но куда там. Как-то сестра оказалась сильнее меня. А может, я и сама не хотела отодвигаться.
– Кэтти, скажи мне, пожалуйста, – тихо начала Рэйвен, мягко укачивая меня, как ребёнка. – Ты любишь меня?
– Конечно, люблю!
– Уважаешь? Доверяешь?
К чему она клонит?
– Ч… что за вопросы? Естественно! – снова всхлипнула я, икая.
– Тогда почему ты не хочешь меня послушать? – в голосе сестры послышался укор.
Я замолчала, хлюпая носом, как пятилетняя девочка. Рэйвен положила голову мне на плечо, легко поглаживая меня по спине. Нежный запах ванили переплёлся с запахом соли и жаром моих слёз.
– Ещё раз: ты ни в чём не виновата. Конкретно передо мной. Ты обещала мне давать весточки о себе? Обещала. Ты сдержала обещание? Сдержала. Я знала, что ты в порядке. Мне не нужно было большего, милая. Я твоя сестра, и мне важна только одна вещь: чтобы ты была цела и невредима.
Рэйвен всегда старалась заменить мне маму, которой лишились мы обе. Неважно, что она была старше всего на три года — и гораздо умнее и ответственнее. Десять лет назад я была ещё ребёнком, сломленной, разбитой девочкой, которая боялась собственной тени и громких звуков. Рэйвен взяла всё в свои руки, ей пришлось взять, и в результате всё, что мы имеем сейчас, — мы имеем это благодаря Рэйвен, благодаря девушке, чья сила духа превосходила мою во сто крат.
И Катарина Дерри должна была сделать всё возможное, чтобы этой девушке не пришлось постоянно переживать за свою младшую сестру, которая додумалась до того, чтобы заняться подпольными боями, а затем гоняться за криминальными личностями и карать тех, кто когда-то уничтожил её привычную жизнь. Катарина Дерри, будь она хорошей сестрой, не стала бы исправлять свои же чёртовы ошибки, чтобы создавать новые — ещё более запутанные. Она бы закончила университет и стала помогать своей сестре с фирмами. Возможно, даже стала бы управляющей одной из них.
Но здесь есть одна важная деталь: Катарина Дерри — хреновая управляющая и ещё более хреновая сестра.
– Я должна была быть рядом! – хрипло воскликнула я, осмелившись посмотреть на Рэйвен. В её глазах была только бесконечная любовь, и это вновь резануло по сердцу.
– Я не имела права! Я тебе жизнью обязана, а поступила, как последняя…
– Ты поступила так, как считала нужным на тот момент, – прервала меня сестра. – Представь, если бы ты отказалась от своего плана? Если бы что-то случилось здесь, у тебя на глазах? Ты бы винила себя ещё больше!
– Но за все пять лет ничего не изменилось! – горько рассмеялась я, хлопнув руками по коленям. – Этот чёртов ублюдок играется мною! Все пять лет прошли впустую, Рэйв! Впустую, понимаешь?
Сестра помолчала, затем сказала:
– Не впустую. Я вижу перед собой не ту девочку-официантку, роль которой ты так старательно играла. Я вижу перед собой настоящую тебя. Ту самую, которая не боится своих чувств и эмоций. Ты повзрослела, Кэтти, столь долгое отсутствие пошло тебе на пользу, и ты сама это знаешь, просто сейчас находишься не в том состоянии, чтобы осознать сей факт до конца. Поэтому, пожалуйста, прекрати рыдать. Теперь ты здесь, и ты нагонишь всё, что упустила за эти годы.
Очень на это надеюсь, Рэйв. Если в очередной раз не испорчу всё.
Долгожданное облегчение выглянуло из-за угла, но пока не решалось приблизиться. Я утёрла слёзы и хлюпнула носом в последний раз, положив голову на плечо сестры и тяжело вздохнув.