Someone will love you
But someone isn't me…»
«Кто-то, только не я,» – мысленно повторил я. Это всего лишь слова из песни, но ранят они так же сильно, как если бы Катарина сказала мне их в лицо.
Прозвучали последние тихие аккорды и наступила тишина. Но не напряжённая, нет. Мягкая, как покрывало, с привкусом чего-то необычного. Катарина не смотрела на меня, её взгляд был устремлён куда-то в ночное небо, и только луна освещала её силуэт, серебряными нитями окутывая очертания тонких запястий, покойно лежащих на клавишах, не издавая лишних, ненужных нот.
– Я думала, ты на работе, прости, – тихий голос девушки ни на секунду не нарушил спокойствия тишины. Я отлепился от двери и подошёл к роялю.
– Я был там, но потом вернулся. Не мог больше… – я замолчал. Говорить о том, что я не мог больше находиться на расстоянии от неё не следовало. Она и так это знала.
Лёгкая, но грустная улыбка скользнула по губам девушки, и она впервые за всё это время посмотрела на меня. Темнота скрыла её глаза, упрятав все эмоции кроме тех, что были сейчас в её улыбке.
– Уже поздно.
Катарина встала, легко закрыв крышку рояля, затем направилась к выходу из гостиной. Я стоял, не в силах остановить её, хотя знал, что мог. Но не стал. Лишь тихо сказал:
– Ты не должна извиняться передо мной.
Катарина на миг остановилась.
– Я сделала это, потому что это всё, что я могу тебе дать, – и вышла, направившись к себе в комнату. А я остался, как дурак, размышляя над её туманными словами и удерживая своего внутреннего, закованного в железные кандалы Зверя от того, чтобы броситься за девушкой. В конце концов, простояв под холодным душем почти час, наплевав на то, что кожу обжигало болью, я, переодевшись, тихонько зашёл в комнату девушки.
Катарина не спала. Она стояла возле приоткрытых балконных дверей, и ветер легко трепал пряди её ярко-красных волос. Я подошёл к Кэтти, и та перевела взгляд на меня.
– Что-то случилось? – в голосе скользнула тревога. Я покачал головой и, повинуясь порыву, осторожно притянул девушку к себе, уткнувшись ей в яремную впадину, вдыхая запах грейпфрута. Кэтти слегка вздрогнула, затем её тёплые ладони легли мне на спину.
– Завтра ты можешь вернуться к себе домой, если хочешь.
Девушка застыла. Я мягко отклонился и посмотрел на неё. В зелёных глазах плескалось удивление.
– Ты…
Я кивнул.
– Всё закончилось, теперь ты в безопасности.
«В относительной безопасности,» – добавил Зверь внутри. Я мысленно отмахнулся. Зачем лишний раз волновать её? Я ведь и так буду приглядывать за ней.
Кэтти слабо улыбнулась, но в её глазах мелькнуло недоверие.
– Ты мне не веришь? – сразу же спросил я. Девушка покачала головой, положив ладонь мне на щёку.
– Верю. Я верю тебе.
От этих слов, кажется, даже в комнате светлее стало. А, нет, это всего лишь луна полностью выскользнула из-за туч. Но в такой обстановке как-то вдруг захотелось поверить во что-нибудь несуществующее.
– Вот и отлично, – улыбнулся я в ответ, поглаживая пальцем нежную скулу девушки. Какое-то время мы стояли, глядя друг другу в глаза, а затем между нами снова возникло это чёртово притяжение, и вскоре мои губы нашли губы Кэтти. Я целовал её мягко, хотя хотелось большего, но сейчас совершенно не следовало пугать девушку своей настойчивостью. Как бы то ни было, а в ней всё равно сидела девочка, которая боялась. Но Кэтти, судорожно вздохнув, притянула меня за ворот футболки ещё ближе, и внезапный поток ветра растрепал наши волосы. Мои руки беспорядочно гладили девушку по спине, по плечам, по лицу, а хрупкие пальцы Катарины зарылись в мои волосы и слегка потянули. Я отпрянул, хотя сделал это с огромным трудом.
– Кажется, мы оба падаем в бездну…
Глупые слова, сорвавшиеся с моего языка, заставили дымку страсти в зелёных глазах раствориться, и теперь там появилась серьёзность.
– Я уже один раз упала, Брэндон. И это было больно, вот здесь, – Кэтти указала себе на сердце, а потом взяла мою безвольную руку и прижала к своей груди. – Прикоснись. Чувствуешь? Это пылающий и незаживающий шрам, который пульсирует, напоминая о том, насколько хреново думать чёртовым сердцем, а не мозгами.
Я и вправду почувствовал этот срывающийся ритм. Моё сердце билось точно так же.
– Только то, что твой мир когда-то разлетелся на части, не означает, что он не задел осколками кого-то ещё, Кэтти, – моя голова сама по себе покачалась из стороны в сторону. Девушка кивнула и, отпустив мою руку, отошла на несколько шагов назад, и я сразу ощутил пропасть между нами почти в полной мере.