– Именно, Брэндон. Поэтому, чтобы этих осколков было как можно меньше, советую тебе жить своей жизнью, а я буду жить своей.
В голосе девушки не было ни капли былой язвительности, только серьёзность и спокойствие. Я не мог отступить.
– Ты не должна бороться с тенями прошлого в одиночку, Кэтти. Я могу помочь тебе.
Девушка мягко усмехнулась.
– У каждого свои тени, Брэндон. И такова наша человеческая ноша: никто не поможет тебе, кроме тебя самого.
Я понял, что должен уйти. В конце концов, сегодняшний разговор приведёт либо к тому, что мы разругаемся, чего я точно не хотел, либо к тому, что мы окажемся в одной постели, а наутро снова будем ненавидеть и друг друга, и себя самих. Поэтому я направился к выходу из комнаты, лишь на пороге остановившись, чтобы сказать:
– Доброй ночи.
И в ответ я услышал тихое:
– Доброй ночи.
Дверь закрылась, отрезая нас друг от друга.
[1] Halsey—Sorry
Глава 12.
Наступил канун Рождества. Для жителей Сан-Франциско этот праздник стал весьма сказочным: выпавший ночью снег укутал город, словно белоснежное пуховое одеяло, сверкающее на солнце россыпью тысяч бриллиантов. На оконных стеклах расцветали кружевные узоры, а изнутри светились украшенные гирляндами и мишурой ёлки. Вечером разогретые горячительными напитками люди заполнили улицы, веселясь и поздравляя друг друга с наступающим Рождеством; в воздухе витали ароматы имбирного печенья и пряников. Тут и там из открытых, несмотря на пронизывающий холод, кафе и ресторанов доносились рождественские песни и смех.
В доме Уэйдов вовсю шла подготовка к празднику. Смеющийся Итан теребил Дамиана, беспрестанно расспрашивая о Санта-Клаусе, на кухне Рэйвен готовила индейку по старому бабушкиному рецепту, Катарина и Марисса в гостиной делали последние штрихи, украшая ёлку и развешивая на каминной полке носки для Санта-Клауса. Сладкое рождественское полено уже было готово и томилось в духовке, а приготовленная и украшенная заранее ветка омелы уже висела на видном месте в столовой. Дух праздника витал в воздухе, и то и дело нагонял улыбки на лица присутствующих. Канун Рождества было решено праздновать в семейном кругу, а наутро отправиться во двор — готовить барбекю и играть в снежки.
– Я открою, – сказала Катарина, когда время близилось к шести вечера, и в дверь затрезвонили. Девушка вскочила с колен, рассыпав маленькие конвертики, в которые засовывала обрезки блестящей бумаги, и побежала открывать. На пороге, весь засыпанный снегом, оказался Джаред.
– Привет, подруга, – стряхивая снег на визжащую и смеющуюся девушку, сказал мужчина. В руках у него было несколько больших свертков, завернутых в подарочную рождественскую бумагу.
– Привет, приятель, – друзья обнялись. Из кухни вышла Рэйвен, вытирая руки о фартук. За ней выбежали Итан, весь перемазанный в шоколадном креме, и Дамиан, выглядевший ничуть не чище.
– Привет, дядя Джар, – ребёнок влетел в распахнутые объятья. – Ты принёс мне подарок?
– Разве ты забыл, что это обязанность Санта-Клауса? – подмигнул Джаред, чмокнув Итана в макушку, на что ребёнок, хитро улыбаясь, ответил:
– Так то — Санта-Клаус, а ты — дядя Джаред, ты никогда не приходишь без подарков!
Этот важный детский тон всех позабавил, заставив рассмеяться. И только в глазах Катарины, которая улыбалась, но смотрела куда-то вдаль, на подъезжающую к дому машину, мелькнула искра грусти.
Судьба, заглядывающая в этот вечер практически во все окна, заметила эту грусть и невесомым движением погладила красноволосую девушку по голове, а затем оставила на нежном лбу поцелуй, и Катарина сразу почувствовала, как довольно большая и красивая снежинка легла ей на руку, не растаяв сразу, а дав на мгновение полюбоваться идеально выточенными узорными краями.
– В Рождество случаются чудеса, – лукаво улыбнувшись, сказала Судьба, наблюдая, как из подъехавшей машины выходит высокий молодой мужчина с глазами цвета грозового океана.
Катарина.
Вечер был в самом разгаре. Я совсем забыла, что это такое — отмечать Рождество в кругу семьи. Индейка, приготовленная Рэйвен по рецепту нашей бабушки, встретилась и съелась на «ура», рождественское полено тоже было оценено по достоинству. В красиво украшенной гостиной было весело: как только все наелись, Дамиан предложил поиграть, и в итоге мы чуть не надорвали животы, глядя, как старательно Джаред наощупь пытается угадать спрятанный в рождественском носке предмет. Я сидела между Мариссой и Джаредом, и уже заметила, как эти двое переглядываются. Определённо, я была приятно удивлена, поняв, что между ребятами пробежала искра, однако ничего не стала говорить, решив, что попытаю Мариссу потом, после праздника. Ближе к полуночи Дамиан позвал всех на задний двор. Оказалось, что они с сестрой закупились фейерверками, и теперь мы все стояли и восхищались, глядя на то, как в ночном небе помимо звёзд расцветают причудливые узоры и фигуры. Внезапно, когда я совсем увлеклась зрелищем, что-то холодное влетело в меня, чуть ниже спины. Повернувшись и посмотрев на свой зад, я поняла: снежок. Очень смешно. Глаза сразу нашли Купера, который делано засвистел какую-то глупую мелодию, сунув руки в карманы.