Джейн Йолен
Мерлин и драконы
Кристоферу МакКерроу, он знает, почему.
— Д. Й.
Джошуа М. Грину за дружбу, советы и поддержку.
— Л. М.
Примечание автора
В ужасные и смутные времена престол Англии с боем захватил Утер Пендрагон. Тревожась, что Артур — его новорождённый сын — подвергнется опасности, он доверил присматривать за младенцем Мерлину, своему придворному магу. Мерлин же отдал дитя верному сэру Эктору, в далёкой вотчине которого и рос Артур, не знающий своего настоящего отца.
Утер умер, не объявив наследника, но Мерлин волшебством вонзил в камень меч, на котором были написаны такие слова: «Кто извлечёт меч сей из камня, тот есть по праву король всей Англии». Многие из тех, кто стремился в короли, пытались вытащить меч, но им этого не удавалось.
Случилось так, что юного Артура, ставшего оруженосцем у своего приёмного брата, отослали с турнира обратно — принести позабытый дома меч. Оказавшись у камня и не прочитав надписи, он легко извлёк оттуда меч, словно тот был вонзён в масло. Таким образом Артур стал королём Англии, хотя и считал это уловкой. И лишь после Мерлин открыл Артуру, что тот — сын Утера и мальчик наконец-то поверил, что достоин царствовать.
Артур собирал у себя рыцарей, давших обет совершать благородные деяния и, когда те оказывались в Камелоте — знаменитом замке Артура, — то усаживались за прославленный Круглый стол, где — как утверждает легенда — умещалось 150 рыцарей.
Мерлин и драконы
Мрачной и ненастной ночью небо заволокли грозовые тучи. По серым замковым стенам барабанил дождь. Внутри, в завешенной гобеленами спальне, юный король Артур никак не мог уснуть. Он пробудился от страха. Ему привиделся тревожный сон.
В конце концов Артур поднялся с постели, прихватил свечу и направился к двери. Вдруг он вспомнил про свою корону, вернулся и нашёл её под кроватью, куда в гневе и зашвырнул несколько часов назад. Корона слишком давила на голову, так что мальчик понёс её в руке, покачивая на ходу.
Пока Артур брёл через зал, странные тени выплясывали перед ним. Но они были не настолько пугающими, как тени из его сна.
Покусывая губу, он не спеша взбирался по башенной лестнице. Добравшись до верха, Артур распахнул деревянную дверь. Старый волшебник дремал в кресле, но сразу же проснулся и взор его был по-ястребиному острым.
— Что случилось, мальчик? — поинтересовался старик. — Что привело тебя сюда в такой час?
— Я король, — ответил Артур, но негромко, будто по-настоящему не верил в это. — Я хожу, где пожелаю.
Он опустил корону на стол перед Мерлином.
— Ты мальчик, — отозвался Мерлин, — а мальчикам уже следует спать в своих кроватях.
Артур вздохнул.
— Никак не засну, — пояснил он. — У меня дурные сны.
— А… — многозначительно кивнул Мерлин. — Сны.
Он протянул мальчику руку, но Артур не посмел коснуться длинных узловатых пальцев.
— Позволь, я истолкую твои сны.
— Вообще-то, только один сон, — признался Артур. — И всегда один и тот же: мальчик без отца, который стал королём, просто-напросто вытащив меч из камня.
— А… — повторил Мерлин, убрав руку. — Мне хорошо знакомо это дитя. Но, раз уж ты не можешь описать свой сон подробнее, придётся рассказать тебе один из моих. Как-никак, рассказанный сон — это история. А что может быть лучше истории в дождливую ночь?
Артур присел на низенький табурет и уставился на волшебника. История! Он и сам не знал, что хочет послушать историю. Сюда он явился за ободрением и компанией. Но история куда лучше и того, и другого.
Когда Мерлин начал свой рассказ, Артур обратился в слух.
В маленьком селении среди изрезанных валлийских гор, жил да был мальчик по имени Эмрис, не знающий отца. Он был невысок и черноволос, с ясными зоркими глазами и редко улыбался. И во сне и наяву его посещали видения. Видения о драконах, видения о камне.
Его мать, дочь местного короля, старалась быть для мальчика и матерью, и отцом. Но принцесса могла научить лишь игре на лютне, рукоделию и молитвам. Она никогда не лазила на дерево за птичьими яйцами, не обдирала коленку в погоне за ящерицей и не гонялась за бабочками. Такую часть взросления Эмрис постигал сам. И постижение это проходило в одиночестве.