Клазен привел все машины в одно место, в чем немалая заслуга принадлежала Линдеману, который не позволил шоферам разъезжаться кто куда.
Начиналось утро, из-за горизонта медленно поднималось золотисто-кровавое солнце. На юге в живописной долине лежал Бельё. Городок горел более суток, и над ним нависло облако серо-голубого дыма. Прямо перед ними находилась голая равнина, а за ней Виледьё и горящий Турне. Все, кто двигался с запада, должны были пересечь эту равнину.
Часов в 10 утра от Вимутье в юго-западном направлении начал движение 2-й танковый корпус СС, получивший задачу разорвать кольцо окружения, имея в своем составе двадцать пять танков и три батальона пехоты. Однако ни тем, ни другим не было суждено добраться до берегов реки Див.
На окраине населенного пункта Сент Ламбер колонна натолкнулась на НЗО. Клазен расположил свои орудия на значительном удалении друг от друга в укрытиях.
Генгенбах на мотоцикле, управляемом Линдеманом, поехал посмотреть, что делается впереди. Чем ближе он подъезжал к деревне, тем труднее становилось ехать: дороги были забиты людьми и машинами. На северной окраине села разгорелся ожесточенный бой: гитлеровские танки и самоходки вот уже несколько часов подряд тщетно пытались отбросить канадцев назад. У противника было пятнадцать танков и тяжелых орудий, а стреляли они так, как будто их боезапас никогда не кончится.
Одна из дорог, ведущая к мосту через Див, оказалась свободной. Очень немногим посчастливилось напасть на эту дорогу и выйти к мосту под градом снарядов. По дороге галопом мчалась колонна с боеприпасами на конной тяге. Передки неслись мимо трупов, мимо развалин и околевших лошадей.
«Такую ужасную картину не часто приходилось видеть и ветеранам, — подумал Генгенбах. — Генерал-фельдмаршал Модель не зря получит бриллианты к Рыцарскому кресту с дубовыми листьями и мечами — ведь он без зазрения совести позволил противнику разбить в пух и прах подчиненные ему войска. А в очередной сводке ОКВ будет сообщено об его чрезвычайном мужестве. А мне нужно переместить батарею на новые ОП на западную окраину Сент Ламбера. В кого я должен стрелять, чтобы не дать возможности замкнуться кольцу окружения? Сейчас я нахожусь как раз на том самом месте, где меня должен ждать командир. Однако Альтдерфера здесь нет и в помине. Да разве такое дерьмо станет беспокоиться о тех, кем он обязан командовать? А где Тиль и Рорбек? Неужели с ними что-нибудь случилось? А что, если и они бросили меня в беде?»
Генгенбах повернул обратно на батарею и приказал:
— Орудия и тягачи оставить на местах. Телефоны и рации разбить. С собой взять только автоматы и карабины. Следовать за мной!
— Ты хочешь бросить гаубицы? — удивился Клазен.
— Жизнь солдат намного дороже, чем изношенные пушки, с которыми нам ни в коем случае не перебраться через мост!
— Ты же получил приказ выдвинуться на ОП и открыть огонь, — не унимался Клазен.
— Там не оказалось никого из тех, кто приказал мне делать это.
— Тебе придется нести за это ответственность.
— Я несу ее и сейчас.
— А где наш пункт сбора?
— В районе Гудеара.
— Ну что ж, это уже решение, хотя и рискованное.
— Я вижу, Клазен, ты немного поумнел. Мы останемся в живых, если выведем ребят из окружения.
— Надолго ли? До следующего раза только!
— И это говоришь ты, кадровый офицер!
— Тот, кто заинтересуется историей, не будет спрашивать, кадровый ты офицер или резервист!
— А ты действительно умный парень, Клазен!
Никто из солдат не хотел садиться в большие грузовики, которые были хорошей мишенью на поле. Несколько солдат залезли в легковые машины, другие еще собирались.
К Генгенбаху подошел Зеехазе, заговорил:
— Смотрите, что делается, господин обер-лейтенант! Я хотел увезти свой основной капитал — мой «ситроен» — из этого ада туда, где царит мир. Не хотите поехать со мной?
— Пусть сначала другие переберутся через поле, а потом уж и мы.
Мюнхоф вел «фольксваген». Рядом с ним, опустив голову, сидел Клазен. Линдеман, несмотря на тряску (машина ехала на большой скорости), пытался снарядить патронами еще два магазина. Когда машина приблизилась к окраине Сент Ламбера, противник открыл сильный огонь.
Генгенбах и Зеехазе пронеслись мимо. Потом машина остановилась. Генгенбах выскочил из нее, приказав шоферу загнать машину за сарай.
— Жди меня здесь! Я обязательно вернусь, что бы ни случилось, понял? — И Генгенбах повернулся к командиру взвода боепитания: — Бретшнайдер, перебирайтесь через мост. Сборный пункт в Гудеаре. — Затем он жестом подозвал к себе Клазена, Линдемана и Мюнхофа. — Ну, ребята, чтобы они прорвались, нам четверым придется немного пострелять.