— Вы думаете, что Виллем мог сделать это из ревности? — спросил Деккер
Клэр медленно кивнула, чувствуя, как её сердце сжимается от боли.
— Я не хочу в это верить… Но… я видела, как он страдал. Он не показывал этого, но я чувствовала… Иногда я слышала, как он шептал её имя по ночам, когда думал, что я сплю. Он не мог смириться с её уходом. И… если он действительно… если он все-таки сделал это… То безусловно из ревности. Этой ночью он был в доме ван Дер Линдена. Я уверена, что именно Элен позвала его. Но зачем, зачем?
Эти слова, хоть и были тяжелы, освободили Клэр от тягостного бремени. При этом они принесли с собой и новый ужас. Высказанное вслух предположение стало реальностью, которую нельзя было игнорировать.
Филипс выслушал молча, его лицо оставалось серьезным, но в глазах появилась сочувствие. Он лучше чем кто бы то ни было мог понять насколько Клэр страшно. Она была раздавлена признанием.
— Клэр, — мягко сказал он, — я понимаю, как тяжело вам было сказать это. Но знайте, что ваши слова помогут нам понять, что действительно произошло. Если Виллем был ведом ревностью, если он действительно потерял контроль над собой, то это не значит, что он намеренно пошел на преступление. Смягчающие обстоятельства часто склоняют судей к милосердию. И если у Вилли будет хороший адвокат…
— Вы думаете дойдет до суда? — Клэр уже не скрывала от Филипса своего отчаяния, не стыдилась слез.
— Я не могу сказать этого сейчас. Мне нужны подробности. Необходимо поговорить с инспектором, осмотреть место преступления, встретиться с Элен.
— Зачем вам встречаться с ней?
— Она главный свидетель, насколько я понял.
Клэр смотрела на Филипса, её глаза были полны слёз, но в них мелькнула слабая искра надежды. Он говорил с такой убеждённостью, что ей хотелось поверить, что она не одна в этом кошмаре, что кто-то действительно может помочь им.
— Что могу сделать я? — прошептала она, чувствуя, как её сила воли постепенно возвращается. — Как я могу помочь вам защитить Виллема?
Филипс мягко улыбнулся, видя её решимость.
— Вы уже сделали первый шаг, поделившись со мной своими мыслями. Это очень важно. Теперь нам нужно сосредоточиться на сборе доказательств, которые могли бы опровергнуть выдвинутые Виллему обвинения. Я буду работать с адвокатом Питером Верстегом, и мы вместе составим стратегию защиты.
Он немного помолчал, а затем добавил:
— Но нам нужно будет также попытаться понять, что произошло в тот вечер, до того, как ваш брат оказался в доме ван Дер Линдена.
— Виллем получил письмо и пошёл в паб. “Корабль утопленника”.
— Возможно, там есть свидетели, которые могли бы рассказать, что он делал и с кем говорил.
— Да! Надо пойти туда!
— Вам — нет. Представьте себе — такая девушка как вы вдруг появится в “Корабле утопленника”. Ни один из завсегдатаев этого заведения не скажет вам правды. Кроме того, прежде нам надо посетить нотариуса и начать процедуру вхождения в наследство. Это лучше сделать пока Виллем не под судом. Собирайтесь и поедем со мной. Я отвезу вас к…
— Куда это вы собрались увозить Клэр? — услышал Деккер громкий женский голос. — Никуда она не поедет!
— О, нет, Маргит, это совсем не то, что вы подумали! Познакомьтесь. Меврау Янссен, — представила она соседку Филипсу, — мениэр Деккер — друг Виллема, — пояснила она для Маргит. — Он частный детектив.
— Рад знакомству, меврау Янссен, — встал и поклонился Филипс.
— Сам бог послал вас, молодой человек! — воскликнула Маргит. — А у тебя Клэр снова не заперто. Ты пугаешь меня весь день. И, думается мне, ты голодна. Идемте к нам пообедаем и все обсудим. — пригласила она широким жестом.
Клэр испытывающе взглянула на Виллема. Вот и первая проверка — захочет ли он сесть за стол с простыми людьми?
Виллем ответил сразу.
— Сочту за честь. Тем более, что я и не завтракал. С утра в дороге.
— Тогда идем скорее! Я познакомлю вас с мужем и детьми. Идем. Идем… а не то наш штамппот остынет!
_________________________________
*Аутсайд — Старый Юг, престижный квартал в Амстердаме
Глава 8. Знакомство с семьей Янссен
Маргрит, как истинная хозяйка, заботилась о том, чтобы её гости чувствовали себя комфортно, даже если это был неожиданный визит. Она пригласила Филипса и была уверена, что не ударит в грязь лицом. На столе уже красовался штамппот — блюдо, которое часто готовили в рабочих семьях. Для многих жителей Йордана штамппот был символом благополучия, и если семья могла позволить себе полакомиться им в воскресный день, значит дела шли не так уж и плохо.
Когда Маргрит провела Филипса и Клэр в гостиную, они увидели, что вся семья Янссен уже собралась за столом. Герард Янссен, крепкий мужчина, широкоплечий, с темными волосами, почти не тронутыми сединой, сидел во главе стола. Его лицо выражало спокойствие и уверенность, как и подобает главе семьи. По обе стороны от отца устроились старшие дети: Ханс — восемнадцатилетний юноша с отцовскими чертами, и Грета, двенадцатилетняя девочка с милыми веснушками и светлыми косами. Младшие погодки — Эрни и Лизетта сидели напротив. Они с любопытством рассматривали незнакомца. Еще ни разу не заходил к ним так хорошо одетый гость.