— Я женился?
— Не только ты. Мы с Рагнаром тоже успели жениться и обзавестись детьми.
У меня возникает ощущение, словно я впервые вижу Валериана. Он разглядывает меня с таким холодом, как в то утро, которое я не хочу вспоминать. Но я напоминаю себе о потере памяти. Сейчас я для него чужой человек.
— Привет, — здороваюсь, натянув улыбку. Я справлюсь. Со всем справлюсь.
Валериан не отвечает мне и пулей выходит из комнаты, словно сбегает от меня.
Глава 49.2
— Не огорчайся, — сразу говорит Демьян.
— Не буду.
Я понимаю, что Валериану необходимо время и предстоит свыкнуться с мыслью, что у него есть беременная жена и не только. Тем более ему никогда не хотелось детей. Наверняка сейчас он будет долго об этом думать. Его не огорчит и не обрадует мое присутствие в жизни, но именно оно загрузит ему голову.
Демьян выходит из спальни вслед за ним, и я остаюсь наедине с собой. Чтобы не позволить волнению завладеть мной, направляюсь в ванную и принимаю душ. Встав у зеркала, делаю глубокий вздох и морально готовлю себя к тяжелым дням.
Я покидаю комнату только после того, как нахожу в себе силы подчинить собранное настроение. Самообман — сложная штука, но именно это помогает не свалиться в кровать и не спрятаться под одеялом. Сделаю это, когда все встанет на свои места.
Спускаюсь в столовую, держа в руках очки и чувствуя толчки детей. Я бы с удовольствием пошла к Валериану и попросила его успокоить это утреннее буйство наших малышей, но не могу. К тому же я не нахожу мужа сидящим за столом и спокойно завтракающим. Его нет.
— Доброе утро, — здоровается со мной папа, отодвинув для меня стул и поджав губы. Я замечаю в его глазах волнение, поэтому опускаюсь на свое место, а не срываюсь искать моего Призрака.
Призрак… Это слово как проклятье нависло надо мной и превратило Валериана в того, кем я его всегда считала. Он действительно стал фантомом в моей жизни. Поэтому я выбрасываю это слово из головы и заменяю его тем, которого уже не боюсь. Сталкер. Больше никакого Призрака. Теперь только мой личный преследователь, пробирающийся ко мне в ночи. Именно такого мужчину я хочу. Пусть пугает, продолжает сводить с ума, доводит до безумства и делает из меня грешницу. Все что угодно, лишь бы не покидал меня.
— Доброе, — говорю Максиму и остальным. — Где Валериан?
— В библиотеке, — отвечает Демьян, откидываясь на спинку кресла. Власов выглядит слегка бледным. Вместо того чтобы лежать в постели после ранения, он пытался выполнить обязанности старшего брата. — Я проводил его туда и отнес ему завтрак. Он хотел побыть один, но Рагнар сейчас с ним.
Эти братья совершенно не берегут себя, если переживают друг за друга. У них настолько сильная связь между собой, что она начинает действовать как магнит. Любой, кто оказывается в этой семье, становится звеном одной цепи. Их цепи. И я почему-то уверена, что они не позволят никому выпасть из неё.
— Я пойду к нему. — Поднимаюсь со стула и собираюсь взять тарелку с собой, чашку чая и несколько сырников, но папа опережает меня. Он берет все сам.
— Идем. Я провожу тебя, — говорит, положив все на поднос.
— Спасибо. — Господи, я люблю этого человека. Если бы росла рядом с ним, то не знала бы забот. Он настолько хороший, что это разбивает мне сердце.
— Как ты себя чувствуешь? — Максим ведет меня в библиотеку под руку, словно ребенка.
— Неплохо. Стараюсь держаться.
— Ты сильная девочка, Вивиен, — серьезно произносит он, с нотками горечи в тоне. — Жизнь сделала тебя такой. Поэтому я уверен, что ты справишься с трудностями рядом с Валерианом.
— Справлюсь, — бубню себе под нос, вспоминая свое прошлое. Как осталась без мамы. Как пыталась выжить. Как боролась за свою невинность. Как убила человека. Как старалась противостоять страхам, пусть это и было сложно.
— Я знаю, в твоей жизни были страшные ситуации, из которых тебе приходилось выбираться самой, — внезапно говорит Максим, словно знает, о чем я думаю. — Учиться справляться со страхом, когда он окружает со всех сторон — это подвиг. Но ты справлялась. Меня не было рядом, и я чувствую себя виноватым. Постоянно хочу попросить у тебя прощение за это.
— Ты не обязан. Ты не знал обо мне. — Я не злюсь на него из-за этого и не обижаюсь.
— Все равно прости меня. И будь уверена, что я стану очень безжалостным человеком, если кто-то обидит мою дочь. Я прекрасно управляюсь с ножом и вне кухни. — В его глазах проскальзывает едва заметная злость. Таким я его еще не видела.
— Возьму себе на заметку. — Я выпускаю смешок, немного раздосадованная, но вполне довольная заявлением отца.
Мы подходим к библиотеке, и я впервые стучусь, прежде чем войти. Папа открывает передо мной дверь, и мой взгляд сразу цепляется за Валериана и Рагнара. Мой муж сидит в повязке, которую натянул, как только мы вошли, и держит в руках книгу, а его брат лежит на диване.
— Вы позавтракали? — спрашивает у них Максим, поставив на стол мой чай и тарелку с сырниками.
— Да, — отвечает Рагнар, поднявшись с дивана.
— Ты меня не помнишь, Валериан, но я повар в замке и отец Вивиен.
— Рагнар мне рассказал об этом. Ты Максим, — ровным тоном произносит мой муж, поворачивая голову в сторону папы. По моему позвоночнику ползут мурашки. Я успела отвыкнуть от того, что он ведет себя так, словно видит всех через повязку.
— Да.
— Благодарю за завтрак.
— Всегда пожалуйста. — Максим забирает поднос и выходит из библиотеки, подмигнув мне и вызвав у меня улыбку.
— Ты останешься здесь, Вивиен? — интересуется Рагнар, болезненно размяв шею. Ему сложно двигаться.
— Да. Ты лучше отдохни у себя. Проводить тебя до комнаты? — предлагаю я.
— Нет. Я спущусь к Юс.
Кивнув ему, я дожидаюсь, пока он выйдет, а затем подхожу к столу и сажусь напротив Валериана. Жду, что муж поднимает голову или издаст какой-нибудь звук, но ничего подобного не происходит. В библиотеке воцаряется тяжелая тишина.
— Что читаешь? — спрашиваю у него, решив, что будет лучше начать разговор самой.
— Юриспруденцию, — сухо бросает он в ответ.
— Не хочешь поговорить со мной?
— О чем?
— О нас. — От меня веет такой неуверенностью, что я сама это ощущаю. Ладони слегка потеют от волнения.
— Я тебя не знаю. Это все, что я могу сказать. Мои приступы длятся не больше трех дней. Поэтому будет лучше, если мы не будем контактировать все это время.
— Почему? — Мне становится неприятно после его слов, но я стараюсь не показывать этого.
— В моей голове сейчас беспорядок из-за большого количества информации, а ты мешаешь мне разложить все по полочкам. — И снова этот лютый холод в тоне.
— Я буду сидеть тихо. Если не хочешь говорить, то мы можем помолчать.
— Было бы неплохо. — Он возвращается к чтению, стянув повязку.
— Я, кстати, принесла твои очки. — Протягиваю их ему.
Валериан отрывает взгляд от книги и забирает их. Щурится, словно что-то ищет. Больше похоже на то, что не доверяет мне и хочется убедиться в том, что с очками все в порядке.
— Откуда они? — спрашивает, наконец-то надев очки.
— Их сделал один мужчина из Фламе. Специально для тебя.
— Ясно.
На этом наш диалог заканчивается. Валериан больше не обращает на меня внимания. Я успеваю позавтракать и даже взять себе книгу для чтения. Обычный роман, чтобы отвлечься.
Мне становится неудобно сидеть за столом, поэтому я устраиваюсь на диване, постоянно бросая взгляд на мужа. Проходят часы, и мне начинает казаться, что он забыл о моем присутствии. Теряется в книгах и даже в интернете. Возможно, ищет какую-то информацию о своей семье. Но я не оставляю его.
Когда входит кто-то из братьев, Валериан разговаривает с ними. Отказывается от обеда, однако вечером всё-таки притрагивается к еде.
Я долго наблюдаю за ним. Не замечаю, как наступает ночь, и засыпаю на диване. Проснувшись, обнаруживаю, что в библиотеке темно, и я толком ничего не вижу.
— Валериан. — Вскакиваю на ноги и, достав мобильный, включаю фонарик. Не получив ответа, свечу в сторону стола и вижу, что мужа нет, поэтому выхожу в коридор.