— Я отведу Сэма и вернусь, — сообщаю я девушке, прежде чем покинуть библиотеку.
Сэмми продолжает обнимает меня и зевает, пока мы идем по коридору. Мне приходится спустить повязку для безопасности ребенка. Обычно он продолжает всегда обнимает меня за шею, положив голову на плечо. Не смотрит в лицо. Но сегодня чадо решает испытать меня.
Племянник запрокидывает голову назад и буравит меня взглядом. Я упрямо избегаю этого контакта, но надолго моей выдержки не хватает. Остановившись, я встречаюсь с ним глазами и замираю. Последние пару дней Демьян просил меня смотреть полминуты на Сэмми без балаклавы и у меня получалось, поэтому сейчас это не должно отрицательно повлиять на меня. Я жду, что Сэм проявит хоть какие-то эмоции. Однако этого не происходит. Мы просто смотрим друг на друга несколько секунд. Мое тело леденеет от напряжения.
Я не хочу пугать ребенка отсутствием эмоций. Но улыбнуться ему тоже не могу. Обычно это выходит пугающе. Возможно, если я постараюсь, все будет хорошо. Легкая улыбка. Нужно просто напрячь мышцы лица, и я пытаюсь это сделать, наблюдая за реакцией Самаэля. Не уверен, смогу ли смотреть на него, если он проявит эмоции.
Когда мои губы растягиваются в широкой улыбке, Сэмми начинает громко смеяться. Настолько ярко, что это никак не отталкивает меня от него. Наоборот, я наблюдаю за ним, как завороженный, словно увидел чудо.
Кажется, моя улыбка пугает не всех…
Вивиен
Семнадцать минут. Именно столько времени я смотрю на экран мобильного, гипнотизируя цифры и считая секунды до возвращения Валериана. Работа стоит, потому что я не могу пошевелиться. Меня периодически передергивает от волнения. Но этого бы не было, если бы не мои чувства к мужчине. Они есть. Не такие сильные, чтобы назвать их любовью. Всего лишь огонек, который еще не превратился в пожар. Мое сердце пока принадлежит мне. Не полностью, но принадлежит.
Я вздрагиваю, когда дверь в библиотеку распахивается. Хватаю первую попавшуюся книгу и открываю её. Пытаюсь вчитаться в текст, чтобы отвлечь себя. Не удается. Чем ближе шаги, тем болезненнее сжимается мое сердце. Оно словно рвется воссоединиться с тем, кто греет его своим холодом.
Власов приближается ко мне сзади, и все мое тело каменеет от напряжения. Я ощущаю его пристальный взгляд на себе. Чувствую, что он стоит совсем рядом.
— Вивиен, — раздается над ухом его шепот, прежде чем мужчина хватает меня за талию и поворачивает к себе.
Я сжимаю его футболку на груди, встречаясь с ним взглядом. Мои руки слегка дрожат, а дыхание сбивается. Валериан смотрит на меня так, словно я уже принадлежу ему. Словно поймал в свой капкан, из которого невозможно выбраться, и хочет, чтобы мы оба в нем горели, обнажив свои души.
Призрак запускает руку в мои волосы и слегка наклоняется вперед. Прижавшись своим лбом к моему, прикрывает веки. С каждой секундой его хватка на моей талии усиливается. Он вжимает мое тело в свое, будто пытается сделать нас единым целым.
— Ты заставляешь меня чувствовать, Виви. Рядом с тобой все иначе, — хриплым голосом произносит Валериан. — За три недели я пережил больше эмоций, чем за всю свою жизнь. И мне сложно держаться на расстоянии от тебя. Сложно не обнимать, не целовать, не вдыхать твой аромат.
Мужчина тянет мои волосы назад и смотрит мне в глаза. Приблизившись, касается кончиком своего носа моего. Я чувствую, как быстро бьется его сердце, ритм которого совпадает с моим.
— Я даже не знаю, о чем тебя просить, — рычит Власов. — Попросить быть моей или дать мне шанс. Попросить все то, что ты не побоишься отдать. Черт возьми, хоть каплю внимания. Ты уже нужна мне как гребаное сердце в груди. Но я не знаю, нужен ли тебе такой, как я.
Мои глаза наполняются слезами. Не пойму, это из-за переизбытка эмоций или волнения. Крупные капли скатываются по моим щекам и шее. Валериан ловит их губами, параллельно снимая мои очки. Все вокруг становится мутным, кроме его лица, которое так близко к моему.
— Не отвечай мне сразу. Я дам тебе время подумать. — Губы мужчины достигают подбородка и опускаются к шее. Обжигают, сводят с ума и лишают власти над собой. Во мне ни на мгновение не просыпается желание оттолкнуть его и прекратить все это. — У тебя есть неделя. Ты можешь спокойно решить, хочешь ли принадлежать мне. Все это время наши отношения будут такими же, как прежде. Я не нарушу дистанцию.
— Если скажу «нет» через неделю? — шепчу, прикрыв глаза и теряя связь с реальностью.
— Я приму твое «нет». Но я буду рядом. Всегда буду рядом, когда необходимо. Ты сможешь позвонить мне, если тебе нужна помощь или просто поговорить. Ты будешь знать, что не одна во всем этом чертовом мире. У тебя есть человек, который никогда не скажет тебе «нет» и не сможет.
Валериан крепко обнимает меня, и мое сердце перестает подчиняться мне. Отправляется в невесомость, утопая в чувствах.
***
Валериан
Неделя. Целых семь дней. Я совершил ошибку, дав Вивиен столько времени, чтобы обдумать мое предложение. Стоило потребовать ответ незамедлительно и не мучить себя. Монстр хотел именно этого. Но я смог заглушить его желание, потому что даже для него девушка является приоритетом. Однако не уверен, что мой здравый ум останется на месте к следующему понедельнику.
Я пробираюсь в съемную квартиру Дениса, которого недавно убил, и ставлю на пол пакет с подарками для Виви. У неё сегодня день рождения, и я не мог оставить без внимания это событие. Решил внезапно заглянуть к девушке, предположив, что она обязательно впустит меня к себе. Но сделать это было не так легко.
Недалеко от дома стоит знакомый минивэн. Я знал, что рано или поздно у Демьяна появятся некоторые предположения по поводу моих ночных вылазок, и это случилось. За конфеткой уже несколько дней следили безликие. Но мне удавалось пробираться к Вивиен и оставаться незамеченным. Я прекрасно знал, как работает ЧК, и применял эти знания на практике.
Скользнув взглядом по квартире, в которой уже бывал, я задержал свое внимание на компьютерном столе в углу спальной комнаты. Вещи Романова все еще были на месте. Но в скором времени их обязательно вынесут, поэтому стоит избавиться от некоторых грехов этого ублюдка.
Я подхожу к столу и ложусь на пол. Включив фонарик на мобильном, смотрю на фотографии девочек и мальчиков, которым на вид не больше десяти лет. Гребаный сукин сын прикрепил их скотчем под столешницу. На всех изображениях дети стоят в самых обычных позах. Но этот мерзкий мудак не смотрел на них как на детей. У него были свои отвратительные фантазии касательно всего этого.
Мне хотелось многое сотворить с Денисом, прежде чем я убью его. Из-за своей ревности я упустил этот шанс. Монстр не получил никакого удовлетворения, когда я отрубил ублюдку руку. И даже после того, как проткнул его череп кинжалом. Может быть, стоило покромсать Романова на мелкие кусочки? Но для этого придется выкапывать труп, а у меня нет на это времени.
Я сдираю фотографии детей и, порвав их, сжигаю каждое. Не хочу, чтобы Вивиен узнала, кто жил рядом с ней. Ей хватило в жизни насильника. К тому же девушке еще предстоит столкнуться с правдой обо мне. Но еще рано рассказывать о том, что я убил Дениса и заглядываю к ней по ночам. Виви еще недостаточно сильно ко мне привязана, чтобы закрыть на это глаза и остаться со мной.
Закончив с фотографиями, я избавляюсь от улик своего пребывания в квартире. Убедившись, что не оставил никаких следов, беру пакет, в котором кроме подарков находятся сладости и коктейли. Предполагаю, что этого достаточно, чтобы конфетка впустила меня к себе. Хотя бы на двадцать минут. Мне чертовски необходимо увидеть её и просто послушать сладкий голос девушки. С каждым днем он все больше походит на колыбель, приводящую в порядок все алгоритмы.
Вивиен
Внезапный звонок в дверь прерывает мой веселый вечер одиночества. Я отрываю взгляд от экрана телевизора, параллельно останавливая сериал, на который решила отвлечься. Пусть он и не помогал забыть о мужчине, запутавшем мои мысли сегодня. Но моментами я все же задавалась вопросом, почему Антонио трахает непримечательную медсестру на работе, когда дома его ждет красотка жена, а не прокручивала в голове момент в библиотеке.