— Со мной всё в порядке, — в привычной мне манере говорю я.
— Не хочешь снять повязку и посмотреть на меня? — Демьян не впервые задает мне этот вопрос. Но ответ всегда остается один.
— Нет, брат.
— Хорошо. — Демьян глубоко вздыхает и делает очередной глоток алкоголя. — Расскажи мне немного о своей девушке. Раз пока не хочешь знакомить, узнаю о ней через тебя.
— Думаю, совсем скоро вы сможете познакомиться, — сообщаю я ему. — Но для начала мне нужно поговорить с ней об этом. Подготовить. Уверен, ей потребуется еще немного времени.
— У вас всё очень серьезно?
— Да.
— Ты что-то чувствуешь к ней?
— Я что-то чувствую. Что-то…
— Твои чувства взаимны? — В голосе брата проскальзывает тревога.
— Кажется, да. Тебя что-то беспокоит?
— Только то, что тебе могут причинить боль, Валериан, — сурово говорит Демьян. — Но я буду надеяться, что этого никогда не произойдет.
Брат замолкает, и до моих ушей доносится звук шагов Максима. Повар входит в гостиную и резко останавливается.
— Вы почему не спите? — раздается недовольный тон Рыкова. — И какого хрена ты снова пьешь, Демьян?
Кому-то сегодня достанется.
— Я сделал несколько глотков, — мрачно произносит брат.
— По-твоему, половина бутылки — это несколько глотков?
— Ты преувеличиваешь. Тут нет половины. И не обращайся со мной, как с алкоголиком. Я давно не пил.
— Вот и не надо начинать. — Максим подходит к нему и, судя по звуку, отбирает бутылку.
— Однажды я тебя уволю, — раздраженно рычит Демьян.
— Не бросайся пустыми угрозами. И марш спать. Оба! — властно приказывает Рыков.
Весьма сюрреалистичная ситуация. Повар гонит спать Префекта, у которого власти больше, чем у него. А брат послушно исполняет его приказ, взяв меня под локоть и потянув за собой. Порой наши отношения с Рыковым больше напоминают отцовско-сыновние. Мужчина контролирует нашу жизнь с самого момента своего появления в замке: что мы едим, носим. Даже следит за тем, как мы себя ведем и не страдаем ли, прячась от остальных, чтобы не выдать своего состояния.
— Тебе не кажется, что у Максима больше власти, чем у тебя? — спрашиваю я у брата, пока мы поднимаемся по лестнице.
— Кажется? — усмехается Демьян. — Рыков готовит нам еду. У него точно больше власти. Стоит ему захотеть, и у всех начнется диарея.
— Согласен.
Мы поднимаемся на наш этаж и проходим мимо комнаты Исаака, из которой доносится громкий храп. Алан снова пошел спать к близнецу. Не представляю, что будет, когда старший женится. В замке начнется самая настоящая война за половину кровати.
— Черт, Алан, — рычит Исаак. — Перестань храпеть. Дай поспать!
Младший говорит что-то невнятное в ответ и продолжает изводить близнеца.
— Купи ему клипсы, — советую я брату, остановившись у двери, которая, уверен, распахнута. Как и всегда.
— Думаешь, помогут? — сонным голосом спрашивает старший.
— Должны помочь.
— Беруши уже не действуют? — спрашивает у него Демьян, встав рядом со мной.
— Нет, — ворчит Исаак.
— Почему не пойдешь спать в его комнату? — интересуюсь я.
— Алан может испугаться, проснувшись ночью один.
— А ты?
— Я тоже, — сделав небольшую паузу, признается старший.
— Купи клипсы, — вновь говорю я, прежде чем оставить их и направиться в свою комнату. Позади слышу голос Демьяна, оставшегося с близнецами. Брат точно начнет поворачивать голову Алана в разные стороны, чтобы тот перестал храпеть. Он уже проворачивал такое. И ему как-то удавалось найти удобную позу для младшего, чтобы тот не мучил всю ночь Исаака.
Как только я переступаю порог своей спальни, мобильный в моем кармане вибрирует. Я снимаю повязку и, достав гаджет, смотрю на экран. Увидев сообщение от Виви, слегка хмурюсь.
Конфетка: Ты ушел.
Я: Ты бы не хотела, чтобы я остался.
Конфетка: Почему?
Я: Потому что желание взять тебя силой начало затуманивать разум.
Не знаю, напугает ли ее мой ответ или нет. Но ей стоит знать, что я ухожу не потому что хочу этого, а потому что вынужден.
Я вижу, как Вивиен что-то печатает. Это занимает у неё больше минуты, словно девушка набирает и стирает сообщение. Но оно всё-таки всплывает на экране.
Конфетка: Думаешь, ты бы смог?
Всё-таки стирала и набирала снова.
Я: Смог.
Виви не отвечает мне, но и не выходит из чата. Наверняка думает над моим сообщением и не знает, что сказать, поэтому я пишу ей сам.
Я: Почему ты проснулась в такое время?
Конфетка: От холода.
Я: Разве рядом со мной не холоднее?
Конфетка: Оказывается, нет)
Вивиен грела меня собой, пока я лежал рядом с ней. Бережно обнимала, проверяя, укрыт ли я. Ее тревожила температура моего тела, и она по-своему хотела позаботиться обо мне. В ней есть это странное желание заботиться об окружающих людях. В ней есть доброта и свет, которые не заглушить всей моей тьме.
Я: Спи, Виви. Скоро тебе на работу. Я буду тебя ждать.
Конфетка: Спокойной ночи, Валериан.
Я: Спокойной ночи, конфетка.
***
Вивиен
Я заканчиваю проверять очередной стеллаж и делаю шаг назад. Скользнув взглядом по полкам и по библиотеке, понимаю, что работы осталось не так много. Возможно, мне потребуется меньше двух месяцев, чтобы завершить проверку книг. Потому что, по моим подсчетам, через две недели я буду свободна. Только радости это не вызывает.
Обернувшись, я смотрю на Валериана, печатающего что-то на ноутбуке. Мне пришлось взять с него обещание, что, несмотря на наши отношения, он не будет мешать мне работать. Пока ему очень хорошо удается выполнять мою просьбу, и я совсем этому не рада. Еще и сама постоянно пялюсь на него. Причем слишком нагло.
Власов словно специально игнорирует меня, не замечая моих глубоких и недовольных вздохов. Делает вид, что не видит, как я смотрю на него. Меня будто не существует в поле его зрения. Видимо, каким-то образом роль призрака перешла ко мне.
— Тебе нужна помощь, Виви? — неожиданно спрашивает мужчина, не удосужившись взглянуть на меня.
— Нет, — мрачно отвечаю я, скрестив руки на груди.
— А что тебе нужно?
— Ничего.
— Если ты пытаешься привлечь мое внимание, то не старайся. Я и так тебя вижу, — мягко говорит Валериан.
— А я и не старалась. И не пыталась. На моих щеках вспыхивает румянец, и я незамедлительно возвращаюсь к работе.
— Подойди ко мне, — просит Призрак. Хотя это больше похоже на приказ, потому что его голос внезапно становится властным и холодным.
— Зачем? — взволнованно интересуюсь я.
— Виви-иен. Он растягивает мое имя так, что теперь оно звучит угрожающе.
Прикусив нижнюю губу, я вновь оборачиваюсь и нерешительно иду к Валериану, все еще уткнувшемуся в свой ноутбук. Как только оказываюсь рядом с ним, он хватает меня за талию и сажает на свое колено. Сняв свои очки, встречается со мной взглядом и целует в щечку. Я широко распахиваю глаза и, не моргая, смотрю на него.
— Как насчет того, чтобы забыть об обещании, которое ты взяла с меня? — Мужчина щурится, сканируя меня глазами.
— Зачем мне это делать? По-моему, ты прекрасно справляешься. Мои губы растягиваются в лукавой улыбке.
— Уверена? Его взгляд падает на экран ноутбука, на котором включена камера, направленная к тем стеллажам, у которых я работала. Вот же жук.
— Это нечестно, — озадаченно говорю я.
— Ты сказала, чтобы я не мешал. О наблюдении через камеру речи не было, — совершенно серьезно выдает он.
— Просто мне не пришло в голову, что ты, сидя в нескольких метрах от меня, можешь заниматься сталкингом.
— По-твоему, это слишком? — задумывается Власов.
— На самом деле это довольно романтично. Но я подозреваю, что у меня искажено представление о романтике.