— Назовем это темной романтикой, и всё станет на свои места.
Довольно неплохое предложение, учитывая, что таким образом можно оправдать свои внезапно появившиеся наклонности и его нездоровые привычки.
— Идет, — твердо говорю я.
Валериан слегка наклоняется вперед и касается кончиком носа моей макушки. Вдохнув мой аромат, мужчина проводит пальцами по моему позвоночнику, вынуждая меня выгнуться из-за приятных мурашек, скользнувших по коже.
— Сходим куда-нибудь вечером? — предлагает он, отстранившись и мягко взглянув мне в глаза. Так, что сердце в груди начинает щемить.
— Куда? — шепчу я, завороженная им. — Ты ведь не можешь без повязки. Мне сложно говорить об этом, но приходится.
— Захочешь в кино, я натяну повязку в зале и буду просто слушать. Мужчина задумчиво хмурится. — Если в ресторан, то можно найти уединенное место. А если на прогулку…
Не дав ему договорить, я крепко обнимаю его, положив голову на плечо. На глаза наворачиваются слезы. Мне известно, что ему будет нелегко с этим справиться. Но он все равно готов ради меня терпеть все неудобства. Даже мысль об этом значит для меня больше, чем сотня свиданий.
— Я никуда не хочу, — всхлипывая, говорю я.
— Почему? — ласково спрашивает Валериан, поглаживая меня ладонью по волосам.
— Просто так. Давай лучше побудем дома и книжку почитаем. Вместе.
— Хочешь лишить меня возможности сводить тебя на свидание?
— Я не хочу свиданий. Мне они не нужны.
— Виви. Призрак целует меня в плечо и крепко прижимает к себе. — Я свожу тебя туда, где кроме нас двоих никого не будет. Согласна?
— Да, — отвечаю, шмыгнув носом.
Мужчина отстраняет меня от себя и вытирает дорожки слез с моих щек. Удостоверившись, что я больше не плачу, он притягивает мое лицо к себе и целует в висок. А затем, словно из ниоткуда, у него в руке появляется леденец на палочке.
— Из-за тебя я набираю вес, — ворчу я, забирая сладость себе.
— Разве? Валериан внезапно поднимается вместе со мной на руках. — По-моему, ты очень легкая. Даже слишком.
— Это ты слишком сильный, — взволнованно говорю я, обвив руками его шею и взглянув вниз. — И высокий.
На самом деле по сравнению с Власовым я Дюймовочка. А он тот еще титан, который может сломать меня, даже не приложив усилий. Уверена, если мужчина крепко меня обнимет, мы услышим хруст безе — моего позвоночника.
Валериан сажает меня на край стола и, обхватив столешницу по обе стороны, наклоняется вперед. Цепкий взгляд мужчины скользит по моему лицу.
— А ты очень милая и красивая, — шепчет, коснувшись кончиком носа моего. — И выглядишь через чур сладко. Особенно когда обнажена.
Мои щеки горят после его слов. По телу медленно ползут мурашки, которые достигают самого сердца.
— Думаю, надо избавляться от этой привычки, — едва слышно произношу я.
— К чему лишние хлопоты? Я все равно буду приходить и раздевать тебя. А затем… Призрак проводит губами по моей щеке, вынуждая задрожать всем телом.
— Затем? — спрашиваю я, теряя голову.
— Я буду касаться тебя, Виви. Везде, где только захочу. И ты не сможешь оттолкнуть меня, потому что тебе понравится все, что я с тобой сделаю.
— Что ты сделаешь? — Вот зачем я об этом спрашиваю?
— Я покажу тебе. Сегодня ночью. Мужчина мимолетно целует меня в щечку и отстраняется. А я чувствую себя ребенком, у которого забрали конфетку.
***
Валериан
— И зачем тебе вдруг захотелось встретиться со мной? — суровый тон Демьяна разносится по кабинету, в котором присутствует незваный гость.
— Точно не из-за огромного желания наладить отношения, — холодно отвечает Алексей.
— Я бы удивился, будь это не так. Уверен, глубоко в душе ты все еще хочешь убить меня.
— Рад, что ты это понимаешь.
О крепких узах между тестем и зятем стоит забыть. Эти двое точно не смогут жить душа в душу. Впрочем, как и Рагнар с Кодой. Видимо, это семейное проклятье или наш крест, который должна нести вся семья.
— Этот разговор будет коротким, — шепчет Исаак, сидящий рядом со мной.
Мы столкнулись со старшим у двери, когда я нес брату документы, которые уже проверил. А Исаака Демьян вызвал сам, чтобы серьезно поговорить о чем-то. Смею предположить, что темой разговора стала бы Сафия, если бы не внезапное появление Дьякова.
— Потому что им сложно находиться в одном помещении больше пяти минут? — предполагаю я.
— Сложно — это еще мягко сказано.
— Я получил приглашение, — прерывает наш краткий диалог Алексей. — Не знаю, кто оставил его у двери моего дома, но ты захочешь взглянуть на него.
Из-за повязки я не вижу, что происходит. Но до моих ушей доносится шелест бумаги. На минуту в кабинете воцаряется тишина. Видимо, Демьян читает содержимое приглашения.
— Блять, — раздраженно выдыхает брат. — С чего они решили, что ты захочешь сделать ставку на игрока во время Лудуса?
— Этого я не знаю. Но, скорее всего, отвечу согласием на приглашение.
— Зачем?
— Чтобы узнать, какому ублюдку пришло в голову вновь начать проводить игры на выживание. Это самый верный способ выйти на них, — твердо говорит Алексей.
— Для чего? — недоверчиво спрашивает Демьян. — Только не лги, что хочешь помочь мне.
— Не хочу, — цедит мужчина. — Меня вообще не интересует все это дерьмо, с которым должен разбираться Префект, а не я. Но мне нужна услуга.
— О какой услуге идет речь?
— Хочу встретиться с Аурелией.
— Не помню, чтобы мешал вам встречаться, — грозно бросает брат.
— Ты не позволяешь мне войти в замок.
— Не потому что не хочу, чтобы ты виделся с дочерью. Это она не желает с тобой говорить.
— А тебе это только на руку, — с презрением в голосе произносит Алексей. — Держать меня подальше от жены, дочери и даже внука. Зачем рисковать и подпускать бывшего врага к семье? Не так ли?
— Не так, — рассерженно отвечает Демьян. — Я буду только рад, если Релли наконец-то получит от тебя то внимание, которого ей не хватало, пока она находилась в твоем доме. Конечно, мне не доставляет удовольствие сидеть с тобой за одним столом. Хочется перерезать тебе глотку за то, что моя женщина была лишена заслуженной любви. Но ради неё я готов терпеть твое присутствие в нашей жизни.
— Не ты один согласен пойти на такую жертву! — взрывается Дьяков. — Мне тоже не в радость сидеть напротив человека, убившего моего племянника и брата.
Зря мужчина это сказал. Очень зря.
— Они заслужили! — рычит брат. — Я даже жалею, что не покромсал их на большее количество кусочков за всё, что эти ублюдки сделали с Релли!
— Они принадлежали моему клану! Только я имел право выносить решение об их смерти или любое другое наказание!
— Мне глубоко плевать, на что ты там имел право!
— Если вы продолжите ссориться, то не придете к общему, — вмешиваюсь я, останавливая их, пока они окончательно не вышли из себя. — Алексей, если ты хочешь строить будущее со своей семьей, то о прошлом придется забыть. Вам обоим. Иначе каждый ваш подобный диалог будет вгонять Аурелию в стресс, и это плохо скажется на детях. Не забывайте, что она беременна и ей нужен покой.
— К тому же в замке есть маленькие дети. Ваши крики напугают их, — добавляет Исаак.
Демьян тяжело вздыхает и встает из-за стола. Я прислушиваюсь к его шагам, которые приближаются к панорамному окну.
— Релли еще не простила тебя, — спокойно говорит брат. — Но ты ей нужен, и она скучает по тебе. Это все, что я могу сказать тебе. Делай выводы и действуй исходя из этого. Может быть, тебе удастся сломать стену между вами. Но не проси меня вмешиваться. Я не стану уговаривать жену встретиться с тобой.
— Потому что она откажется? — мрачно спрашивает Алексей.
— Нет. Потому что она пойдет против себя и согласится. А я не хочу этого. Не хочу пользоваться тем, что могу повлиять на неё. Аурелия вправе сама решать, как ей поступить.
— Я тебя услышал, — выдыхает Дьяков. — Что касается Лудуса…
Мужчина не успевает договорить, потому что дверь кабинета внезапно распахивается. До моих ушей доносится звук шагов Алана и лепетание Самаэля.